| страницы АА |

написать мне письмо

Переводы и статьи


На этой странице:
Вверх, на столовую гору
Готовность в полном объёме
Моё дно, только моё
Отвергнутая
Пласты его жизни

перейти к странице №1
перейти к странице №2
перейти к странице №3
перейти к странице №4
перейти к странице №5
перейти к странице №6
перейти к странице №7
перейти к странице №8
перейти к странице №10
перейти к странице №11
перейти к странице №12

Статьи и переводы первоисточников

страница 9

Вверх, на столовую гору.

Прекрасный выбор одного человека, показала ему, здесь может быть что-то более основательное, чем где-то ещё.

Up on the mesa.

One man’s beautiful share showed him there might be something bigger out there.

Я всегда думал, религия существует для людей, которые боятся смерти. Я не боюсь умереть. Я переживал смерть несколько раз, и это были довольно спокойные впечатления. Вы как бы входите и мирно следуете по трубе в темноту.
Они говорят, смерть существует не для атеистов в могилах, и они правы. Война должна быть оправдана и оснащена. Даже руководители государств расскажут тебе об этом. Возвратимся для примера во Вьетнам, они даже не гравировали «атеизма» на нашем жетоне. Придурок, который делал канцелярскую работу во имя собственной награды, наложил на меня «порядковый номер», не давая «никаких преференций». Согласно воле и политике правительства, нет необходимости быть атеистом в окопах, для тех, кто не имеет никаких привилегий.
Когда я был маленьким мальчиком, мой отец, взял меня в старую заброшенную церковь в лесу. Он показал мне один из маленьких плоских камней, возле тропы и сказал, - Вот здесь похоронены невинные младенцы. Здесь твой старший брат, Джон. Я не видел никакого старшего брата, только надгробный камень.
Будучи прилежными, родовыми, Польскими католиками, моя семья пожертвовала своего первенца Богу. Я должен был быть священником. Благодарные люди пророчили мне идти в семинарию. Те кто думает, что вы не можете быть пьяницей в монастыре, не понимает монашеской жизни..
Двумя годами ранее, я был посвящён в алкоголики моей старшей сестрой, которая в ярости опьянения, выкинула мою годовалого крестницу, свою родную дочь, в окно второго этажа. Ребёнок упал в кусты, и отбил себе тазовые кости. Когда я увидел её на вытяжке, я спросил, - Почему? Как?
На следующий день утром , после утренней мессы, оставшись один, я спросил у Господа Как? Почему? Молчание. Никогда я не чувствовал такого одиночества, такого мрака. Затем я стал понимать, ничего в этом мире нет. И Бога нет!
Я насовсем ушёл из семинарии. Я пошёл на войну. Остался в живых, несмотря на ранения. Я употреблял алкоголь более 20 лет.
Однажды, я получил программу 12 шагов от моей сестры, это случилось в очередной выход из запоя. Ночь накануне я пил на большой католической свадьбе, которая происходила при служении двух пасторов и трёх монашек. На другой день, я обратился к моей младшей сестре, я задал мой обычный вопрос, - Перед кем мне необходимо извиниться на этот раз? Она ответила, что существует много людей, перед которыми я должен извиниться. Затем она сказала люди, которые пьют как я, которые отключаются, возможно, они алкоголики. Я в этом месте я почувствовал удивление. Три вещи случились одновременно: мой мир сузился в одну точку, я пришёл к выводу я алкоголик, и я почувствовал стыд
Она сказала мне, - Есть такое сообщество – Анонимные алкоголики. Она добавила, что люди АА на собраниях говорят о трезвости, пьют кофе, едят пирожные, и награждают себя за различные достижения в трезвости. Сходи туда и убедись. Далее она сказала, после собрания они все берутся за руки, и говорят хором молитву Душевного покоя. - О нет, это не для меня! Я был атеистом.
Но АА оказалось последним местом, куда я всё-таки захотел пойти, кроме этого, только тем местом куда я мог дойти. На моём втором собрании, какой-то мужик присел возле меня и спросил, не имею ли я спонсора? Я спросил, - Что такое спонсор? Он ответил, - Это я. Моё имя Берни. Давай пойдём вместе. Освободись, следуй за Богом! Я всегда отвечал, - Я пойду, но мне ничего от Бога не надо.
Я приналёг на изучение шагов в течение девяти месяцев, наступило время, церковь, где мы встречались, пригласила нас на обряд крещения. Мой спонсор был ортодоксальным Иудеем, и сказал, - Я не могу ходить на различные религиозные церемонии. Я сказал , - Я тоже!
Берни сказал мне, - Ты должен ходить, тебе необходимо сидеть в первом ряду. Он сопроводил меня туда, усадил, вышел и наблюдал за мной через запасную дверь, которая была со стеклом.
Это было собрание Третьего шага. Таков был наш обычай, кто-нибудь рассказывал несколько минут об очередном шаге, а затем открывал собрание для обсуждения. Мужчина, который назвал себя Кароль, атеист с 24-ю годами трезвости. Он привлёк моё внимание. Он сказал, что его спонсор большой и грубый индеец, однажды взял его с собой на высокую столообразную гору, тыкая ему в грудь указательным пальцем, говорил, - Кароль, здесь твоя Высшая сила, пойми это!
Это помогло мне стартовать, и после этого никто не мог меня остановить от прохождения шагов. С величайшей поддержкой моего спонсора, мы спустились вниз.
С тех пор у меня есть Высшая сила по моему выбору. Это может быть неприемлемым для вас, но она понятна для меня. Я надеюсь, вы можете быть счастливы, так же как и я.

Theodore U. Bernallo, N.M.

Журнал «Grapevine» февраль 2013 г. стр. 30-32. Перевод, Валера Краснодар, группа АА «Сиссития»

Комментарий переводчика.

Выбор и принятие Высшей силы, это всегда испытание для алкоголика. В этой истории описан атеист, который привык всё делать своими руками, и надеется он только на себя. Он описывает, как ему удалось постичь Второй шаг, признать, что существует сила более могущественная, чем он сам. Для меня, как человека зависимого не может быть иллюзии, - я могу контролировать употребление. Он пишет, единственное место, куда я меньше всего хотел идти, это группа АА, но одновременно это было единственное место, куда мне необходимо было идти. Это момент истины, я полностью осознаю собственную зависимость, я не могу с ней бороться и начинаю понимать, моих сил недостаточно. Обопрись на Высшую силу, как ты её понимаешь, и камень сдвинется. Моя Высшая сила везде, потому что она в моём сердце, в каждом моём желании оставаться трезвым. ВС противодействует моим желаниям употребить, если я молюсь о ниспослании мне трезвости. К богу много тропинок и главная проходит через моё сердце.

* * *

Готовность в полном объёме.

После диагностики рака член АА воспользовался программой, вручив собственную участь в руки Бога.

Whole lot of ready.

Diagnosed with cancer, a member embraces the program as he puts himself in Gad’s hands.

В прошлый четверг, когда у меня диагностировали меланому (рак кожи), первые мысли которые пришли в мою голову, это мысль о принятии и о Молитве Третьего шага. Как в мире может такое случиться? Тот кто только два года и 10 месяцев назад принимал алкоголь, за что отвечает он сейчас?
Каждое собрание, которое я посещал после, было тем в чём я действительно нуждался. Это началось в 7 утра на собрании во вторник, когда парень из Ирландии получил свою 33 летнюю медаль трезвости. Мы работали по Шестому шагу, и когда мы прочитали, «подготовили себя к тому чтобы Бог избавил нас он наших недостатков», мой друг добавил, «и эта готовность в полном объёме».
Это место всегда было контрольной точкой для меня, обычно обнаружив, что я не в полном объёме готов, я старался вернуться назад, и осознать, что со мной происходит. Но в тот день я был готов в полном объёме, и почувствовал настоящее умиротворение.
В тот вечер на моей домашней вечерней группе, были двое других друзей, получивших 33-летнюю медаль и мы работали по Третьему шагу. Это был мой краеугольный камень, я ощутил себя осознающим молитву Третьего шага, в её специфической части, - «Освободи меня от моей зависимости…и …и эта победа над зависимостью принесёт мне доказательство в том, что могу получить помощь от твоей силы...» Я воображал себя в состоянии «полного погружения в Его руки», которая пришла из ирландской поговорки.
В Четверг, я получил результаты биопсии. Я приехал домой, чувствуя оцепенение и миролюбие, и сказал об этом моей жене и сыну. Я посетил своё вечернее собрание и достаточно уверенный друг, кто лучше, чем другие чувствовал моё состояние, в этот раз был раздосадован больше, чем от предыдущего чёрного анализа, присел возле меня. Так мы образовали маленькую группу, и я рассказал ему эти новости. Он сказал, будет молиться обо мне. Когда я обсудил свою новость с группой, я почувствовал, что благодарен Богу за эту программу, которая подготовила меня к этому дню. Я был в руках Божьих и не забывал этого. Мне необходимо было жить далее и следовать за Господом.
В пятницу было знамение. Все мысли, которые по моему мнению, были важными, вдруг превратились в мелкие и незначительные. Я решил выйти из дома после обеда и встретиться с одним из своих приятелей, уговорил его встретить меня на собрании в 7-30 вечера. Мы надеялись облегчить нашу «злобу» за разговором, но внезапно я заговорил о принятии. Сейчас это стало ясно, мысли, которые поддерживали мою злость, больше не существовали совсем. Я начал постигать слово духовность и познавать истинное миролюбие. В понедельник в 6 вечера я слушал внимательно, как двое новичков рассказывали свои истории, вспоминая поддержку, которую я получил от моих новых друзей в течение этих первых нескольких дней и недель.
Я убедился, Бог не помогал мне убить мой алкоголизм, пытаясь согнуть меня при помощи рака. Наоборот, я работаю на улучшение, имею стремление жить достаточно продолжительно, чтобы мог сказать, я трезвый намного дольше, чем нет. Я планирую хирургическое удаление укрупнённого лимфатического узла в начале следующей недели. Не обращая внимания, на исход, я планирую продолжать сохранение моего самочувствия, достоинства и надежды при помощи других.

Tim P. Saint Paul, Minn.

Журнал «Grapevine», март 2013 г. стр. 34-35. Перевод, Валера Краснодар, группа АА «Сиссития»

Комментарий переводчика.

Отдать, вручить, препоручить собственную жизнь, волю и свои желания Высшей силе, как я её понимаю. А если никак не понимаю? Этого не может быть, потому что мы подошли к Третьему шагу. Без Первого и Второго не может быть Третьего. Недаром часто говорят - главное принять и проработать первые Три шага, и трезвость какая никакая придёт! Если мне нужна настоящая трезвость, которую я для себя желаю, то необходимо отбросить наплевательское отношение к программе, неверие в существование Высшей силы, необходимо действовать. Не может быть деления, это сделаю я, а над этим пусть упирается ВС. Я живу по таким правилам, и порой радости нет. Я препоручаю всё, у меня полная готовность принять ВС и отдать ей всего себя без остатка. Я верующий, и мне остаётся только выполнять волю Всевышнего! А сомнения, как я буду об этом знать не должны меня волновать. Я буду знать волю Бога, если отдам ему всё в себе! Знаки придут, придёт умение читать эти знаки. Придёт уверенность не сомневаться - только так и не иначе. У меня всё получиться, потому что со мной мой Бог. Автор хочет жить трезвым дольше, чем годы пития. Очень яркое и плодотворное желание. Аплодисменты! Ура!
Можно добавить, в настоящее время у меня 20лет трезвости. По моим подсчётам алкоголизм достиг своего апогея и диктовал мне свою волю двадцать два года. Может так случиться, скоро наступит день, когда трезвая жизнь начнёт проходить на поле, когда алкоголизм ещё не скрутил меня в бублик. Это всё враки, как только я попробовал алкоголь в 14 лет, так он меня и скрутил в свои пленники. Так что мой алкогольный стаж 30 лет. Но дату «Четыре гуся» я всё-таки отмечу! Это будет 26 ноября 2014 года.

* * *

Моё дно, только моё.

Было оно глубоким или мелким? Задаётся один алкоголик этим вопросом.

My bottom is mine.

Was yours high or low? One alcoholic ponders the question.

Недавно я был на собрании и молодой парень с месячной трезвостью завёл разговор о «достижении дна». Он хотел определиться, что же такое дно. Я слушал, как окружающие пересказывали свои истории об осознании и принятии собственного дна – каждый рассказывал более трагично, чем предыдущий. Это был один из тех случаев на собрании, когда можно сказать «Если вы думаете, что это плохо, слушайте сюда, будет ещё хуже». Совершенно верно, мелкое дно или глубокое это только часть спора, который может разгореться. Я раздумывал поднять руку, чтобы высказать собственные мысли по этому поводу, но собрание закончилось до того, как я вызвался.
Когда я, наконец, застрял в комнате Анонимных Алкоголиков, около 30лет назад, я был типичный выпивоха, уверенно выглядевший и наглый в осанке, прикрывающий внутреннюю ненависть к себе. Короче, я думал о себе, как о законченном куске мусора, но совершенно не признающим этого. Почти все действия, которые производят с пьющими, были мною пережиты: множество кодировок, проблемы с законом, большие долги, потеря семьи, трудности, которые сделали меня безработным, полное одиночество, и беспричинный страх. Но я не хотел показывать всё это своим поведением.
Ранее, когда я посещал спикерские выступления, я словесно разделял взгляды спикеров, не сравнивая себя с ними. Но я реально не понимал, о чём они говорят, ни в одном направлении, так как был далёк от этого. Я помню часто раздумывал, многие из людей, которые выходили на подиум, достаточно намаялись в этой жизни так же, как я. Мне иногда казалось, что я не так уж плох. Я не знаю, когда я начал соглашаться в большей степени, чем сравнивать, но, слава богу, я это начал делать.
Я могу поверить, что многие из новичков приходят в АА с такими же чувствами, какие терзали меня. Я не старался соответствовать чему-то, без претворения этого в жизнь, но искал объяснение, чему я не соответствовал. Я тащил знак срока трезвости на своих плечах долгое время, как защиту, когда кто-то, наконец, сказал мне, что я не очень охотно бываю здесь.
Я поразмыслил, вдруг этот новичок, который начал разговор про дно, искал некое обоснование, чтобы занять соответствующее место в АА. Я поразмыслил, вдруг он имеет те же мысли что и я, о своём несоответствии быть здесь. Я подумал, вдруг он думает, что должен найти некое удобство в точном понимании, где и какое было его дно. Я испугался, что не найдя ответов на эти вопросы, он даже не узнает, стоит ли ему уходить или обустраиваться здесь на собственной основе, как он это чувствует, и достоин ли он занимать место, которое он занял.
Я не могу даже представить алкоголика, который точно знает, что такое дно. Это дело индивидуальное. Я знавал трезвых алкоголиков, которые томились много лет в тюрьме. Я знавал много трезвых алкоголиков, которые потеряли контакт со своими семьями. Я знавал трезвых алкоголиков, которых судья своим решением запихнул на собрание АА. Я знавал трезвых алкоголиков, которые пили вино только за своим кухонным столом, и были способны действовать в социуме независимо от выпитого, в своей ежедневной жизни.
Существует моё убеждение, моё дно - это только моё дно. Ты не можешь иметь его, потому что ты имеешь только своё собственное. Моё дно не глубокое и не мелкое, это только моё. И я согласен с этим. Я не нуждаюсь в углублении, или расширении его. Это точка, с которой я могу начать строить новую жизнь.

Paul S. Largo, Fla.

Журнал “Grapevine”, Январь 2013 г. стр. 31-32, Перевод Валера Краснодар, группа АА «Сиссития»

Комментарий переводчика.

С большим интересом прочитал и перевёл эту статью. Первый шаг это начало всего. Я делаю его самостоятельно и в этом важна любая мелочь, которая работает на трезвость. На моих встречах по 12-му шагу мне часто задают вопрос, а что такое дно? Каждый раз я пытаюсь объяснить, - Дно, это такое объективное состояние, когда мне, как алкоголику и как человеку становится ясно – необходимо, что-то поменять в моей жизни, или продолжать движение, в выбранном направлении, полностью осознавая и понимая, моя жизнь скоро закончится. Это происходит с каждым человеком, увлекающимся крепкими напитками. Другое дело, я могу просыпаться около мусорных баков, на вокзале, на рынке, в колодце теплотрассы, и начинать искать похмелье. Могу просыпаться в чистой постели, но испытывать глубокие угрызения совести, опять нажрался, как свинья и не помню что творил. Жена опять уехала к тёще, и меня ждут разборки на работе, потому что вчера прогулял.
Не важно, какая степень пития и падения преследует меня в связи с моим употреблением. Важно я начинаю осознавать, понимать и принимать - так не может продолжаться бесконечно. Надо что-то делать с моим пристрастием. И вот на первом собрании мне говорят, что есть такое состояние, которое называется дном. Это дно у каждого индивидуально и мне самому решать, дно это или придонье! Я решил это моё дно, мне не надо больше доказывать, я алкаш, и моя мера пития для меня губительна. Вот и всё. А сколько я перед этим выпил 100г или 1литр несущественно.

* * *

Отвергнутая.

Хамское письмо по электронной почте от подспонсорной, прервало прекрасные отношения.

Dumped.

A hurtful email from a sponsee turn out to be a gift.

Я была особой штучкой в этом районе, и могла позволить себе, как регулярные, так и редкие посещения собраний, но я реально «не высовывалась» в программе, потому что вела очень серьёзную общественную деятельность, разрываясь между компанией моего мужа, жизнью собственных детей, сёстрами и друзьями вне АА. К тому же я была бабушкой. Поэтому для меня была очень большая неожиданность, когда новичок попросила меня быть спонсором. Я всегда позволяла себе думать, спонсор должен быть частью и в гуще толпы, всем известным членом АА, только люди популярные, могли быть хорошими спонсорами. А не такие престарелые и сухие, как я.
Однако я согласилась. Я была взволнована этим запросом, помогло, что мне реально нравилась эта новенькая, и я хотела проделать хорошую работу, которая поможет ей. И где-то около года, или немногим более я была уверена, что творю доброе дело. Я возилась с ней до поздней ночи, со слезами записывали, семейные драматические истории, и хорошие случаи тоже. Мы читали Большую книгу, работали по шагам, и когда пришло внутреннее понимание программы, я ободрила её, она может сама спонсировать других в АА и брать на себя обязательства.
После года трудной работы, мы смогли замахнуться на контроль передвижения, и она выполняла это хорошо, переживая невзгоды, умело используя вновь обретённые инструменты в АА, помогая другим, освобождаться от достаточно трагичного багажа и старых драм. Но я начала общаться с ней всё меньше и меньше, и заставляла себя звонить, или говорить с ней спрашивая, как она сделала, то или другое. Она начала игнорировать меня. Однажды я получила от неё по электронной почте письмо следующего содержания, «Спасибо вам большое, прочее и прочее, думаю я не нуждаюсь, чтобы вы далее были моим спонсором». Вот это привет так привет? Что за напасть!
Я была оскорблена такой почтой! Как это возмутительно! Я хотела разбить собственную голову (а затем послать ей письмо, которое могло заставить её, сделать что-то более обидное, что она хотела сделать). Но я ничего не сделала в этом направлении. Я присела над этим письмом, и задумалась, написала тысячи едких писем по электронной почте в собственной голове. Ну а затем, естественно, позвонила своему спонсору. Я предполагала её положительное утешение, что она скажет, «Ты проделала большую работу, сейчас делай Четвёртый шаг по этим следам». Но она сказала совсем не то, «Такое случилось со мной, когда я болела своей детской болезнью, и ложилась в госпиталь через неделю, а моя подспонсорная кинула меня, потому что я не могла быть возле неё. Сейчас она секретарь на моём любимом собрании, я вижу её каждую неделю, но она полностью игнорирует меня, никогда не спрашивая меня о моих детских трансплантатах, или о чём-либо». Это конечно поддержало меня в моём горе. По крайне мере, моя подспонсорная, сделала мне любезность, полностью исчезнув с моего ближайшего круга, и я не могла вспоминать каждую неделю, что она кинула меня.
Так что дело было ОК, разговор с моим спонсором, дал мне некоторое утешение. Так же она задала мне несколько вопросов, таких как: «Не появился ли у моей подспонсорной бой-френд?» (Да) Хм сказала она. Затем она пересказала другие истории про подспонсорных, про тех, кто заимев новых бой-френдов, кидали её, и она предложила молиться мне в этой ситуации, и пусть ситуация развивается сама.
Я сделала, что она мне сказала. Я послала одно письмо в ответ моей подспонсорной и описала ей, что письмо о разрыве отношений было для меня сюрпризом, это ранило мои чувства и моё эго. Это было коротко, но зато правда. Правда была в том, путь которым она пошла был неприятен по форме. Мне нравилось думать, что одна из вещей, которой я научилась в АА, это оставаться честной в моих отношениях и не разрушать их, даже если чувствую разрушение. Но я не написала это, так как не была у неё спонсором продолжительное время, но имела достаточно мудрости, чтобы принять ситуацию. Я просто описала собственное состояние несколькими словами, говоря, что я почувствовала унижение, будучи отвергнутой в письме. Я не могу простить в ответ.
Сейчас про счастливый конец. За недели прошедшие после этого случая (я пишу это, потому что так себя чувствую), я прочувствовала множество волнений, которые обрушились на меня, но я не воспользовалась ими. Кроме того я чувствовала неприятное состояние в собственном кишечнике, но это обычно быстро проходило. Более важным, что я обнаружила в себе, я чувствовала досаду и унижение. Я потеряла отношения, которые мне нравились, я была унижена не кем-то, а тем, кого любила. Я была ранена глубоко, и это не было обыденным для меня. Вспомните, у меня есть любящий муж двое взрослых детей, несколько очень близких друзей, пара прекрасных сестёр и очень дорогие внуки. Но я была уязвлена и раздосадована, потому что кто-то, о ком я заботилась, не ответил тем же мне, и не позаботился о продолжении наших отношений.
То что случилось со мной не было результатом чуда. Я вдруг почувствовала необходимость принять других женщин в свою жизнь, чтобы разобраться, как они работали над собой и передать им, как я работала. Я стала более дружелюбной со всеми, кто меня окружали, особенно с трагичными женщинами, которых я знала в моей группе. Моя потеря помогла мне рассмотреть необходимость сближения с другими, и приблизила их ко мне. Я в первый раз поняла, как мне необходимо любить женщин, когда я прихожу в мои новые группы. Это не значит, что я не любила их до этого случая, но я любила их издалека. Сейчас в первый раз я действительно нуждалась в них. И они были здесь. Мы начали звонить друг другу, проводить время вместе, делиться собственными чувствами, силами, надеждами, горестями и радостями. Я была до этого погружена сама в себя. Сейчас спасибо подспонсорной, которая разбила моё сердце., моё разбитое сердце стало открытым для других. Они говорили, Бог никогда не закрывает одну дверь, чтобы не открыть другую, эта дверь - в моё сердце.
Счастливый конец истории состоит в том, через два месяца, когда я была председателем на моём 10-ти летнем дне трезвости, моя старая подспонсорная встала и публично поблагодарила меня за помощь. Я ещё не знала, понимает ли она, как она уязвила меня, но это уже не имело значения. Имелось духовное пробуждение, как результат прохождения шагов, через обмен чувствами с ней., я обладаю опытом для других алкоголиков и применяю наши принципы в моих делах.

Anonymous.

Журнал “Grapevine”, Февраль 2012 г. стр. 47-49, перевод Валера Краснодар, группа АА «Сиссития».

Комментарий переводчика.

Статья заслуживает пристального внимания. Я давно говорил, когда меня просили быть спонсором. У меня единственный принцип, от которого я никогда не откажусь, и буду повторять при каждом удобном случае, - Спонсора прошу не беспокоиться! Это как раз оберегает меня от чувств, которые описаны в этой истории. Я спонсор, но не родитель, не радетель и не сердобольный человек. Я просто даю задания и советы, а подспонсорный вправе принимать их, или нет. Это его очередь, его ответственность и его право! Но если он не выполняет моих заданий, то скорее всего, мы расстанемся. Если Он не доверяет мне, то зачем ему такой спонсор, как я, нужен? Всё происходит по обоюдному согласию. Если вдруг подспонсорному взбрело в голову меня кинуть, то меня это сильно не обидит, даже если подспонсорный в сердцах скажет мне неприятное. Пожалуйста, следуйте дальше!
Мне понравилось утверждение, что ответная реакция человека, более сведущего в программе АА, не может быть на эмоциях. Мне необходимо продумать ситуацию, послушать мою Высшую силу, Она расскажет, что я творю и что хочу натворить, а главное, Она расскажет, что я действительно должен сделать. В этом месте прошу не улыбаться. Для меня, как для алкоголика и тем более, эгоистичного человека, естественны агрессивные чувства и эмоции, нежели прощение, понимание и принятие. Мои первые реакции, когда меня кидали: агрессия, гнев, злоба, ненависть и негодование etc. А когда я раздумываю над ситуацией, прокачиваю её на собрании, или со спонсором, то приходит глас от Бога. Я рассматриваю ситуацию в различных ракурсов. Да, она мне порой неприятна, непонятна и немыслима, но в моменты раздумий приходит понимание Воли Господа, если я в силах то поступаю, как мне велит ВС, а не как моё стандартное, Алкогольное мышление.

* * *

Пласты его жизни.

Большая книга помогла ему снять наслоения памяти, которые оказались слаще, чем он помнил.

Layers of his life.

The Big Book helped him peel back memories that were sweeter than he had remembered.

Они говорят, вы не можете изменить прошлое (это он о людях на собраниях АА). И этот постулат гарантирует что, «Мы не ужасаемся прошлого, но не стараемся закрыть в него дверь». А что если вы не можете вспомнить большую часть собственной жизни?
Годы жития в ежедневных запоях совершенно затуманили большую часть моей жизни, перед заключительной выпивкой. Когда я начал отрезвляться, стал уделять много внимания и слушал разговоры окружающих о том, как они делали собственную инвентаризацию, и как им хотелось рассказать, кому-то их собственную историю. Эти дискуссии обычно доставляли мне разочарование, и я испытывал стеснение перед рассказом о собственной жизни.
В то время моё прошлое было скорее беспорядочным, чем законным. Хронология событий убежала от меня, исчезли значительные отрезки событий в памяти, это уберегало от мучений в эмоциональном плане.
Я был потрясён тем, как мало я мог вспомнить из детства моей дочери, поэтому я часто избегал разговоров о моей семье. Это было отвратительно, потому что я хотел рассказывать людям о моей дочери, которой я ей очень гордился и радовался. Я долго делился историями об её детстве, поддерживая разговоры других людей, когда они рассказывали об их собственных детях и внуках. Понимая, встревая в эти разговоры, мне могли задать вопросы, на которые я не мог, или не хотел отвечать. Например, я не хотел рассказывать людям, что был в тюрьме, когда у меня родилась дочь.
Существовали два, или три новых друга, которые кое-что знали об этих фактах, это был тот немногочисленный персонал, с которым я мог осторожно обсуждать хоть что-то из той жизни. Я был уверен, что должен скрывать это, в противном случае буду изгнан, если расскажу правду.
Это довольно обоснованно для эгоцентризма, мне не хотелось признаваться, что моя дочь была лишена отца, который мог облегчить её детство. Она потерла мать из-за моей пьянки, когда дочь была ещё ребёнком, поэтому воспитывалась по преимуществу моими родителями, которые чрезвычайно переживали за неё. Имея родителей в своей детской памяти, многие хотели ощутить подмогу, но она была лишена необходимой жизненной поддержки.
Кроме этого оказалась проблематичной, моя способность рассказать о своём собственном детстве, до 12-ти лет. Недостаточно прилежное старание, мои неудавшиеся попытки сделать инвентаризацию всегда приводили меня к смущению и потере уверенности в себе. Необходимо было начать с травматических событий или отношений, а затем углубляться в эмоциональные дебри событий прошлого. Я имел спонсора, но его предложения, хотя были добрыми и разумными, но они не были эффективными.
Однажды, когда я читал Большую Книгу, меня застопорила фраза, которую я видел несколько раз до этого. «Мы возвращаемся назад во всю нашу жизнь». Я упорно старался прорваться вперёд, я думал о себе. А мой лист обид начинался с моей ранней молодости. Я старался убедить себя «я обижаюсь», но не двигался вперёд. Обида казалась таким мягким словом, чтобы описать глубокие эмоции, которые бушевали между глубоким стыдом и слепой яростью. Я не мог найти «негодование» в этой эмоциональной военной зоне.
Тогда я решил, что этого недостаточно, я должен постараться «вернуться назад через всю свою жизнь». Я начал с настоящего, самых недавних отношений, событий и обстоятельств. То что случилось, было похоже на отслаивание с луковицы верхних слоёв естества, я старался делать это осторожнее, чтобы добраться до сердцевины.
Хронология моей жизни начала фокусироваться на: связях, выводах, отношениях – всё начало иметь смысл. Воспоминания о моей дочери вернулись к жизни, и начались со времени, когда я впервые увидел её до времени, когда она заимела своих собственных детей.
Моё отрочество стало более очевидным. В стиле Том Соейровских приключений, всё начало мелькать перед глазами: первый раз я еду на велосипеде, мой отец берёт меня на рыбалку, я иду в церковь, в голове ферма моей бабушки, с друзьями и собаками, мой первый день в школе, который также стал первым днём, когда я оттуда сачканул. Всё это и многое другое вспомнилось.
По прошествии времени, множество травматических событий из моего детства восстанавливались в памяти. Вспоминал и о хороших людях, которых я знал и о моих прекрасных и достойных родителях, и о прекрасных и опасных приключениях. Уроки, которые были забыты в водовороте алкоголя, начали проясняться.
На протяжении постижения Пятого шага и последующей работы по шагам, мне стали более понятны братья и сёстры по АА, у которых тоже имелись глубокие, трагические воспоминания. Долгое время я был зациклен на болезни и на собственных заморочках, я сейчас понимаю, я обманывал себя и недостаточно честно и точно оценивал себя и собственную жизнь.
В настоящее время мои отроческие воспоминания воспринимаются мною намного острее, они смягчены приятными воспоминаниями о других событиях и обстоятельствах, которые свершались в том времени. Тех дней более не существует, как единого совершенного, зверского насилия. А другие трагические события не могут заблокировать более ранние, более позитивными воспоминаниями.
В настоящее время я убедился, исцеление подпитывается светом более, чем темнотой. Я также оценил важность, разговоров на собраниях, о простых механизмах прописывания Четвёртого шага.
Прописывая и продумывая свою исповедь, серьёзно вглядываясь в собственные обманы, я вношу крепкие и основательные изменения в мой список; а неожиданные, прекрасные дополнительные подарки от моих «драгоценных воспоминаний» углубляют мою благодарность Господу и АА. Я пришёл к вере, что моя попытка исповеди, не исключает некоторых позитивных событий, но может быть наполнена болезненными и депрессивными воспоминаниями, при освещении темноты. Шаги предназначены привести нас в солнечный свет духовного просветления.

James L. Pegram, Tenn.

Журнал “Grapevine” Апрель 2013 г. стр.25-28, перевод Валерий Краснодар, группа АА «Сиссития»

Комментарий переводчика.

С большим интересом читал и переводил эту историю. В последнее время появилось множество новоявленных методик проработки и прохождения Четвёртого шага, которые усложняют процесс выздоровления и саму программу 12 шагов. Мне очень понравилось отношение автора к собственным воспоминаниям. Как оказалось они не могут быть только негативными, они могут зацепить цепь событий, которые не вызывают отторжения. Снимая временные уровни пласт за пластом, восстанавливается логика жизни, которая позволяет упорядочить события, как негативные, так и позитивные. Очень важно оттолкнуться от того временного фокуса, с которым связано первое употребление, первый перепой, первые негативные взаимоотношения. У меня в этом направлении всё совпадает. Иногда были сомнения, может быть мне необходимо рыть глубже? В настоящее время есть уверенность, 14 лет, когда началось моё употребление, достаточно серьёзная отправная точка, которая даёт возможность проследить развитие моей болезни до самого расцвета, который наступил в 44года.

* * *

| наверх |

Авторский сайт  ©  Все права защищены