| страницы АА | лирика | к рассказам |

РАССКАЗЫ

обновление 11.07.11

страница 3:
1. Чайная церемония
2. Густав Беккер - старинные часы!
3. Лес, река и депрессия!
4. Инспекторская проверка
5. Собачка и дама

перейти на страницу первую: рассказы

перейти на страницу вторую: рассказы

перейти на страницу четвертую: рассказы

перейти на страницу пятую: рассказы

перейти на страницу шестую: рассказы

перейти на страницу седьмую: рассказы

перейти на страницу восьмую: рассказы

перейти на страницу девятую: рассказы

перейти на страницу десятую: рассказы

РАССКАЗЫ


Чайная церемония

Мой друг Толик, озаботился здоровым образом жизни и увлёкся чаепитием. При встречах, взахлёб описывал ароматы различных сортов чая, которые он отыскивал разными способами и пил его со своими новыми товарищами. Он старался донести до меня наслаждение, которое чувствовал, когда вкушал «божественный напиток». Я не считаю себя большим любителем древнего снадобья, но иногда, мы сходились на кухне у него, или у меня и угощали друг друга засушенными листьями.
Мой друг мечтал о поездке в Китай, по его мнению, только китайцы разработали культуру употребления чая, и вывели самые ароматные сорта. Только они могут растить, сушить и заваривать этот прекрасный напиток. Однажды, Толик позвонил и, запинаясь от восторга, заявил, - Я купил путёвку в Поднебесную и на днях улетаю в Шанхай. Я порадовался за него, пожелал счастливого пути и прекрасного чаепития.
Когда он вернулся, телефон звонил, практически каждый вечер. Толик обрушивал на меня поток впечатлений из необычного путешествия, каждый раз припоминая, какую-нибудь чайную медитацию, которая его поразила.
– Ты представляешь, мы не могли в Китае найти спиртное, прошептал он однажды.
- А тебе оно зачем? Спросил я с ехидством, - Ты же отказался от алкоголя.
- Я не о себе, другие хотели накинуть чего-нибудь крепкого, непосредственно реагировал он.
- И как они пережили винную жажду?
- Маялись, конечно, но обстоятельства…
- Ты был в Пустыне Гоби дней 15, русские без алкоголя так долго не живут!
- Ты не представляешь, какая была хохма. Наши женщины отправились в экзотическую баню, и как истинно русские люди, умудрились купить таинственную алкогольную смесь. Утром восхищённо рассказывали, как приятно провели время и гордо показали разрисованную иероглифами бутылочку граммов на 400. Когда насладились нашей мужской завистью, решили спросить у переводчицы, что же они приняли на грудь, вчера в бане. Переводчица, миловидная, юная китаянка, при виде пустого пузырька вдруг застеснялась и, улыбаясь, отказалась переводить. Наши туристки отстали от смущённой девушки. Толик замолчал, я тоже затаился, с любопытством ожидая продолжения рассказа. Друг не выдержал собственной паузы и продолжил, - После посещения очередного исторического места, моя соседка в автобусе, под большим секретом поведала, напиток оказался алкогольной настойкой тибетских трав, которые поднимают мужскую потенцию. Я ржал всю дорогу, хотя смеяться в одиночку признак дурачины. Толик замолчал.
- Интересно, как на женщин действует мужское зелье, подумал я.
- Мне тоже хотелось спросить, - Как вам удалось выдержать возбуждение, или его не было?
- Ну и как спросил:? Любопытство разрывало меня.
- Соседка ушла от ответа, сославшись на банный перегрев, уныло ответил друг.
- Надо было пресс конференцию провести, а не таиться, - съязвил я
- Когда расставались, выяснилось, тургруппа знала об этом женском приключении. Мужчины завидовали и жалели, что не оказались в бане.
– Было о чём жалеть, с вами, небось красавицы ехали, с иронией заметил я.
- Да, в баню пошли самые отчаянные и красивые, проговорил Толик, - Но дело не в этом.
- Как это не в этом, но прервать товарища не было никакой возможности, он закусил удила и несся на своей волне, как сёрфингист.
– Представляешь, спиртное в Китае, совершенно не распространённый напиток, заявил он уверенно. Его рассказ доставил мне саркастическое удовольствие. Со слов моего друга, китайцы пьют чай, во всех случаях жизни, как спиртное, как десерт, как тонизирующее, как успокаивающее и как жаждоутоляющее. Это звучало фантастически. Я представил, как заливаю чаем обиду, ревность, злость, унижение… . Это в голове моей не помещалось. Я отмахнулся от этих мыслей, восток, а тем боле Китай дело тонкое и непонятное.
Через несколько дней я оказаться на кухне моего однокашника. Толик увлечённо показывал фотографии из Китая, выговаривая китайские названия, но мне было скучно. Я видел на мониторе фантастику древнего и современного Китая, но соединить их в сознании без рюмашки не мог. На сухую разговор не клеился. Каждый раз, когда Толик затруднялся в наименовании местности, я спокойно говорил ему, - Надень очки, тогда читать станет легче, или плесни сто грамм, но друг хорохорился, доказывая, что он «Соколиный Глаз», как в студенческие годы. Наконец дело дошло до самого главного.
- Я тебя напою небывалым чаем, который мне удалось отхватить на чайной фабрике. Нас угощали в дегустационном зале, натуральный аромат осеннего, грибного леса.
- А грибы, какие, опята или боровики? Съехидничал я.
– Не спеши смеяться, сейчас заварю, узнаешь. Он вышел из комнаты, через минуту вернулся с целлофановым кулёчком, в котором было что–то тёмное.
- Отравить меня хочешь? Полюбопытствовал я. Но Толик меня не слышал. Он достал из шкафа, разрисованный иероглифами коричневый чайник. С гордым видом произнёс, - Это китайская особая глина, которая помогает чаю отдавать аромат, я теперь только из него и пью.
- Надо же изобретатели фарфора пьют чай из глины, недоверчиво подумал я. Толик обварил пустой чайник кипящей водой, потом наполнил его кипятком, прогревая глину. Лихо крутанул чайник, подражая профессиональному чайханщику, и выливая содержимое в раковину, плесканул себе на руку.
- Надень очки, в который раз посоветовал я.
- Ты так говоришь, словно я чайник не вижу. Тихо сиди, пробурчал друг. Я не ответил. Толик бережно, словно золотой песок высыпал содержимое пакетика в распаренный чайник. Накрыл его блестящей крышкой, сверху водрузил декоративную китайскую куклу и торжественно замер.
- В каждой чайной фанзе, вам нагревали чайник и колдовали над ним? Спросил я.
- Нам приносили кипяток, чайник, чай и чашки остальное мы делали сами, но перед этим действом нас инструктировали, как, зачем, и в какой последовательности необходимо делать, чтобы чай отдал весь свои тайный и явный вкус.
- Только не грузи меня всей этой китайской, чайной чепухой!
- Ты всё пытаешься упростить, но в чайной церемонии важна каждая мелочь. Мы должны верить, что чай будет великолепен, упрекнул меня друг.
- Чтобы поверить, я должен молиться китайскому, Чайному Богу?
- Угомонись и сиди молча, разрешил Толик. После трёхминутной паузы он залил воду, которая была уже не кипящей, но около + 90 по С.
- А если +100 по С, то питательные вещества улетучатся?
- Ты смеёшься, а мне кажется, такого вкусного чая, как в Китае на чайных церемониях, я не пил никогда.
- Вы были толпой весёлых туристов, групповой эффект! Плюс впечатления от древней страны. Как ты не заваривай, всё равно твою кухню в Китайскую фанзу не превратишь, а мои глаза узкими не станут, улыбнулся я.
– Зачем ты раньше времени сказку разрушаешь?
– Для меня сказка не наступила, это ты Конфуция из себя строишь, отпарировал я.
Прошло минут семь, Толик налил из чайника полную чашку слегка желтоватой жидкости, закатил глаза в духовном порыве и вылил содержимое чашки обратно в чайник.
- А зачем ты чашку помыл, а смывки опять в чайник опрокинул? Я эти смывки пить отказываюсь.
- Когда нам эту процедуру в Шанхае показали, мы назвали эту уловку - женить!
- Непереводимая игра иероглифов, обрела русское значение, констатировал я. Прошло ещё минуты три, наконец, в мою чашку налили несколько глотков мутноватой жидкости соломенного цвета. Затем Толик налил себе. Посмотрел вопросительно на меня. Я ехидно заметил, - Только после Тебя! Друг отважно отхлебнул. Я тоже. Тёплая вода с лёгким привкусом чего-то горелого разлилась по языку. - Может надо глотнуть, подумал я. Но после глотка удовольствия и нирваны не наступило. Мы отважно выпили, содержимое расписных керамических кружек, и уставились друг на друга в недоумении.
- Что это за жидкость? Спросил я у Толика.
– По-моему чай, неуверенно ответил Толик.
– Если это чай, предположил я, - То его уже неоднократно пили твои китайские друзья. Или это раствор для гурманов из Поднебесной, до которых я ещё не дорос.
– А может чай ещё не настоялся. Давай ещё посидим, осторожно предложил собеседник.
Вторая порция ничем не отличалась от предыдущей, мутность жидкости усилилась, привлекательная таинственность чая катастрофически падала. Настроение Толика тоже.
- Ты летел из Китая на самолёте спросил я .
– Да, а что? Ответил Толик с надеждой.
– Тогда он выдохся, и только! Предположил я. - Помнишь, я возил на Кипр протёртый кубанский хрен, в два полиэтиленовых мешка запаковал, приехали к дочке, приступили к трапезе. Дочка друзей собрала, чтобы их нашей острятиной угостить, начали приправлять, а хрен в нос не бьёт, пресная муляка свекольного цвета, а не хрен. В Краснодаре он меня с ног валил. Весь хренолин из него улетучился, из-за того что давление на высоте маленькое. Ты же физик! Думай!
-Ты думаешь это возможно, спросил Толик с надеждой и тревогой. - Хрен по-кубански, это жидкая суспензия, а не сухие листья. Из головешек ничего не испаряется! Он помолчал, на лице отпечаталась интеллектуальная работа. Лицо осветила улыбка, - Давай выльем этот Китайский элитный и выпьем простого, Краснодарского?
Я согласился, чего зря сидеть. Чайханщик бодро поднялся, сходил за очками, взял чайник и вылил его содержимое себе на ладонь. По его растерянному виду и возгласу, - А откуда здесь семечки? Я понял, очки действительно были необходимы. Половина заварочного чайника была заполнена распаренными семечками подсолнуха.
- Это тебе в Китае семечек налускали, съехидничал я - Или ты сам сообразил шелуху заварить, чтобы меня рассмешить? Я смотрел на его недоумённое лицо и понимал, загадка оказалась трудной даже для него. Но Толик вдруг загорелся и рванул в дальнюю комнату. Я услышал возглас торжества и удовлетворения одновременно, через секунду он появился с другим кульком в руках.
- Вот он этот чай, лицо сияло торжеством, - А семечки я намедни грыз, и засунул остатки в ящик стола.
- Плюшкин это не фамилия, это образ жизни, повезло, что шелуху догадался выбросить, не упустил я случая подколоть своего друга.
Через полчаса я пил третью заварку необыкновенного китайского чая, и мысленно согласился с утверждением, - Есть в китайском чае какая-то тайна, которую нет необходимости разгадывать. Но зрение надо беречь!

В. Михайлов

* * *

Густав Беккер - старинные часы!

Я дремал, сидя в кресле, после обеда. Вернулся в действительность от размеренного боя часов, это было неожиданно, потому что часы уже давно не тикали, и показывали точное время два раза в сутки. Они висели в соседней комнате, спросонья я не мог понять, что происходит. Года четыре, как часы перестали ходить. Все мои ухищрения запустить, ни к чему не привели. Раньше они умудрялись тикать под большим наклоном от вертикали, но со временем, мне надоело подбирать этот ускользающий угол, и я бросил это пустое занятие. Бой настойчиво продолжался. Пришлось подняться, и идти разбираться с магическим событием.
Я осторожно вошёл в комнату. На высоком табурете стояла моя внучка Ева. Стеклянная в деревянной оправе створка часов была отворена. Резные, ручной работы, старинные, настенные часы фирмы Густав Беккер не тикали, но бой продолжался. Большой медный маятник с круглой фарфоровой вставкой, на которой нанесена кружевная фирменная марка, висел неподвижно. Внучка замерла в отрешённом любопытстве, она была полностью погружена в процесс постижения неповторимого мгновенья.
На меня нахлынули воспоминания. Время откатилось лет на шестьдесят, маленький, подстриженный под нуль мальчик, лет семи, поставил один табурет на другой, взгромоздился на эту конструкцию, и крутит резные стрелки парадных часов, которые висят в доме моего деда. Входит бабушка, осторожно, чтобы не напугать говорит, - Слезай внучек поскорее, пока дед тебя не застукал. Слова она произнесла тихо, сама стояла позади меня, как раз в том самом месте, куда я рухнул от испуга, когда услышал про деда. Я его очень любил, но боялся его гнева, которого никогда на себе не испытывал. Дед был двухметрового роста, с кулаками величиной с дыню, один глаз у него не видел. Со слов бабушки, я понял, слепой глаз, след удалых юношеских развлечений, когда он и его друзья стенку на стенку дрались на льду Волги в старинном купеческом городе Вольске. Так они резвились на Масленицу!

к рассказу Густав  Беккер - старинные часы

Раз в неделю я и дед ходили в баню. Однажды морозным зимним вечером, когда звёзды на небе похожи на Новогодние лампочки, трое мужчин подошли к нам. Я тогда совершенно ничего не понимал, но эти трое неожиданно оказались в снегу. Мне запомнилось, что мы пошли дальше, как ни в чём не бывало, я впереди, а дед за мной. Я спросил деда, почему эти дяди от тебя так резво отпрыгнули? На что он усмехнулся и бросил, - Склизко сегодня, вот они и попадали. С дедом мне было свободно, легко и не страшно. Уличные забавы часто увлекали меня. Практически в темноте, бабуля долго звала меня со двора, но без успеха. Стоило деду появиться на улице, я летел домой, как ошпаренный, не дожидаясь его голоса.
Я тихо подошёл к Еве и обнял её. Она вздрогнула своим тонким телом, но увидев меня, присмирела. Я спросил, - Что ты сделала с часами? Огромные испуганные глаза показывали, она не ожидала моего прихода.
- Я тронула эту длинную стрелку, и они зазвенели.
- Тебе нравятся эти часы? Спросил я мягко.
- Я давно на них смотрю, жду, вдруг они начнут тикать. Часы мне очень нравятся, а когда бьют, заслушаться можно. Если они будут ходить, я научусь определять время.
- Бой покажет только часы, но никогда не подскажет сколько минут.
- А зачем мне минуты? Главное часы!
- Не скажи, твои занятия в школе начинаются в 13 часов 10 минут, или десять минут второго, Стрелки должны стоять вот так. Я осторожно перевёл стрелки в соответствующее положение. В глазах Евы появилась скука, её мало интересовало часовое исчисление. Для внучки бабушка, мама и я были живыми часами, которые отслеживали все необходимые действия.
- Дед отремонтируй их пожалуйста? Она смотрела на меня с мольбой в больших серых глазах.
- А вдруг, когда часы станут тикать и бить, Еве будет интересно определять время по стрелкам, пролетело в голове.
- Сам я отремонтировать их не смогу, а мастера постараюсь отыскать, ответил я задумчиво.
Мой друг, который увлекался старинным Краснодаром, рассказал, на перекрёстке Гоголя и Рашпилевской сидел в былые годы часовщик, который ремонтировал всё, что только могло показывать время. Мне вспомнился старый еврей из Кремлёвских курантов, который со специфическим выговором произносил, - Люди эти куранты сделали, люди должны снова научить ходить.
Припарковаться в центре нашего города стало проблемой, но мне удалось это сделать в районе Сенного рынка. Название осталось, только сена там уже давно не продают. Я оказался на перекрёстке Будённого и Рашпилевской, размышляя, куда податься. Солнце уже припекало, весенняя погода начала поднимать настроение. Купол церкви «Всех скорбящих радость» сверкал на солнце золотисто розовым цветом, отражая лучи весеннего солнышка.
- Давно не был на Красной, произнёс внутренний голос. - А почему бы не прошвырнуться, как в юные годы? Когда учился в политехе, каждый день топал по этой улице, зелёной, цветущей, наводненной прекрасными ровесницами. Улица Красная - место встречи, которое миновать нельзя. Напротив знаменитой по фильму «Кочубей» Первой Городской больницы, нависло высотное здание, строящейся гостиницы. Сооружение, непривычной для города высоты, закрывает небо. В щель, между мэрией и гостиничным комплексом видно, баню Лихацкого, которая была открыта в год столетнего юбилея города Краснодара. Каждый краснодарец знает этот трёхэтажный дом, из красного кирпича. Он до сих пор привлекает внимание прохожих необычностью архитектурных форм и соединяет нас с прошлым. Будущая высотная гостиница выросла на месте кинотеатра Россия. Вспомнился фильм «Анна и Командор», нас двое на балконе в последнем ряду. Романтика, которую разыгрывали на экране Алиса Фрейндлих и Васька Лановой, прерывалась поцелуями с любимой и прекрасной девушкой, которая стала моей женой.
Забор закрыл хроническую стройку, на месте стеклянного кафе Эра, типовая кафешка, таких в городе было около десятка. Но только здесь был музыкальный автомат, который работал, потому что кафедра электротехники политехнического института взяла над автоматом шефство. Бросаешь жетон и Валерий Ободзинский золотым голосом поёт, - Эти глаза напротив…навевает романтическое настроение.
Общежитие политехнического института с читальным залом превратилось в факультет Краснодарского технологического университета. Библиотека имени Некрасова, по какому-то таинственному повелению не тронута вездесущим бизнесом. Может это памятник старины? А вот доморощенная вывеска «Ремонт часов всех систем». Под лестницей, за тонкой дверью прилавок и верстак одновременно. За ним часовщик с моноклем в правом глазу, это уже антикварный реквизит. Под настольной лампой в руках мастера больное часовое существо, тикает и останавливается, по мановению тонкого инструмента.
Человек поднимает голову, передвигая монокль на лоб. - Чем могу служить? Чем-то архаичным повеяло на меня. Бегло осмотрелся, на стенах часы в резных деревянных корпусах, начали бить разным перезвоном 12раз. Помолчали. За спиной витрина, на которой россыпь ручных, карманных и настольных часов. Обстановка говорила, часы здесь живут с комфортом, их здесь любят, о них заботятся и лечат. Бой прекратился, на меня спокойно продолжал смотреть мужчина, лет сорока, совершенно не похожий на человека с берегов Иордана.

к рассказу Густав  Беккер - старинные часы

– Здравствуйте! У меня часы Густав Беккер, начал я довольно робко.
– Настенные или настольные? Конкретный вопрос привёл меня в себя.
– Настенные, продолжил я уверенно.
- Что с ними?
– Не хотят тикать в вертикальном положении.
- А когда последний раз были в ремонте?
- Кто?
- Мы говорим о часах? Мастер вопросительно смотрел на меня.
- Они не были в ремонте вообще, сколько я себя помню!
- Так что же вы хотите? Услышал я иронию в голосе., но не успел встрять в разговор, и сказать, что терпеть не могу диагноз, «Что же вы хотите?», которым любят награждать пожилых людей современные доктора.
- Скорее всего, сточилась вилка. Приносите, попробуем вылечить.
- А почему попробуем, вы не уверены что получиться?
- Если погибли звёздочки, то восстановить их некому. Валентин с Гоголя совсем древним стал.
- Ну и что?
- Мы все не вечны, Густав Беккер серьёзная фирма, давно не существует, а часы работают. Вы их принесли?
- Нет, не принёс.
- Человек, тоже ветшает. Некому сейчас штамповать часовые шестерёнки. Он посмотрел на меня и продолжил, - Приносите, ваше сокровище, сделаем что сможем. Протянул мне визитку, - Звоните, приходите, вызывайте…
Я вышел из-под лестницы. Улица Горького разрезана рельсами, по которым громыхал красный трамвай моей юности, с распахнутыми дверями и колбасой, за которую я иногда цеплялся. Трамвай уехал, на месте гарнизонной столовой, сверкал многоэтажный, стеклянный шкаф Арбата. – Причём здесь Арбат? Спросил внутренний голос. По диагонали напротив аптека, сверкает ярмарочным бутиком, зазывая модниц разориться. Время незаметно растворяет всё в своей непостижимой глубине.
- Это обувной магазин Иллариона Котлярова, а не аптека, прошептал кто-то на ухо.
- Посмотри на фасаде написано 1901 и вензель. Я оглянулся, никого не было. Человек, который ремонтировал время, постарел и уехал, а может уже умер, но жизнь продолжается, часы идут и без него.
Военная комендатура потеряла свой строгий, неприступный образ, часовой исчез, вдоль стены появились лавочки, на которых сидят влюблённые парочки. В пору моей юности, вдоль комендатуры, бродить было не принято. Ювелирный салон остался сундуком золота, которое меня не интересовало ни в юности, ни сейчас. Напротив, магазин подписных изданий, которые давно потеряли свой престиж, теперь здесь косметика «Шанель» зазывает покупателей. Вспоминаются очереди, переклички, небольшие скандалы из-за путаницы и неразберихи в толпе букинистов и библиофилов, которые всегда мирно разрешались. Булгаков, Ахматова, Пастернак, Куприн, Бунин, Достоевский, как давно это было, на полках шкафов стоят книги свидетели моих былых пристрастий.
Светлячок, угловая стекляшка с ароматами шашлыка и чебуреков, к которым предлагался томатный сок. Напротив Кубанские вина, фирменный магазин, сейчас скучно смотрящий на Красную витринами магазина «Аты-Баты!». Исчез часовой мастер, с экзотическими часами в виде русалки на витрине. Мысленно пересекаю улицу, беру бутылку портвейна, нет, лучше марочного рислинга, я получил стипендию. Можно позволить с любимой девушкой, шашлычок с прохладными Алиготе или Кабарне.
Городской Драмтеатр, сейчас филармония, место премьер и гастролей. «Прощай оружие», «Трамвай желания», в молодости удавалось быть в русле театральных новинок, которые привозили на гастролях столичные театры. Как пишет в своей книге «Архитектура Краснодара» Виталий Бардадым, – Заветная мечта екатеринодарцев - Зимний театр, сбылась в 1909 году. Архитектор Ф. О. Шехтель, в 1908 году, с увлечением взялся за проект, предложенный ему Екатеринодаром. Здание было построено его учеником А. А. Козловым в 1909 году. Театр получился величественным, стройным и видным сооружением, которое до сих пор производит впечатление на публику, настраивая зрителя на лирический лад. Из красивого фойе вы поднимаетесь по мраморной парадной лестнице, идёте через ряд светлых комнат и попадаете в зрительный зал на 1300 мест, с тремя люстрами-звёздами, где горели 750 цветных лампочек. Остальное можете увидеть сами, если посетите это прекрасное здание.
Дом книги! На углу стекляшка, забегаловка на пять минут: кофе, коньяк, сухое! За кафешкой старый книжный магазин забитый книгами, закоулки, полки, разговоры. Первые альбомы по искусству от букиниста: Тулуз-Лотрек, Гоген, Ренуар, прикосновение к импрессионизму, начало увлечения модерном. Делаю поворот на Шаумяна (Рашпилевская), в подворотне драмтеатра, в дверном проёме букинист, опять остановка, как не зайти. Рашпилевская расписана фасадами бутиков, лавки они и есть лавки, как их не называй, не расписывай и не накрывай итальянским кирпичом поверх кизяка. Сторожка знаменитого часовых дел мастера, забита фирменной косметикой. Всё проходит, это точно!
Гостиница Центральная построена в 1910 году, Зелёный гастроном в 1866, далее гостиница Кубань, вход с улицы Гимназической, на втором этаже буфет. Ждан Пушкин, легенда Краснодара поправляет свое здоровье. Настроение поднимает рюмка коньяка, и пошли рассказы про Вертинского, Утёсова, Евтушенко и Вознесенского. Я слушаю, открыв рот, завтракаю.
Через две недели, забрал часы из ремонта. Мы долго выбирали, куда их повесить. Часы оказались парадным явлением. Стена в зале самое подходящее место. Как только входишь в квартиру, первое, что обращает на себя внимание. - Это старинные часы германо-Швейцарской фирмы Густав Беккер, основанной в 1860 году часовых дел мастером Густавом Беккером, выходцем из Силезии. Так я теперь отвечаю на вопросы моих друзей и знакомых, которые заскакивают ко мне на огонёк, и не могут не заметить красоты и степенности отремонтированных часов. Внучка первые дни, часто стояла напротив них, смотрела и слушала бой. Я поражался её терпению, иногда говорил, - Чем смотреть и ожидать боя, научись определять время по стрелкам.
В сквере напротив Краевой администрации, на месте фонтана стоял белый Войсковой Александро-Невский собор, который разрушили по просьбе трудящихся к Первому мая 1932 года, восемьдесят лет назад. Ева катается на велосипеде, я сижу на лавочке, солнце пригревает утренними лучами. Возле часовни Александра Невского священник собрал толпу детей, они притихли, хотят научиться колокольному бою. Звонарь - профессия экзотическая, постепенно становится востребованной. Перезвон колоколов наводит на задумчивый, лирический лад. Очень трудно восстановить что разрушили. Соборы начали восстанавливать, но ушла неуловимая аура прошлого, которая наполняет нас любовью к родине, и гордостью за своих предков. За спиной Краснодарский государственный историко-археологический музей заповедник, личный особняк братьев Богарсуковых, дом неповторимой архитектуры, гармонично вписывается в современность. Встаю, следую за внучкой, которая выезжает на Красную, мы двигаемся к памятнику Екатерины. За музыкальным театром дом купца Калашникова, архитектурное свидетельство ушедшей эпохи. Сразу за ним «Кафе Суши», заведение совершенно невероятное в дни моей юности.
По диагонали, на другой стороне улице Мира, башня с часами. Внучка с интересом смотрит то на часы, то на бронзовую собачью парочку, которая устроилась, напоминая определение Маяковского «Сабачкина столица», это Краснодар. Лбы и носы медных изваяний натёрты до блеска, собаки исполняют желания, если дотронешься. Слухи, приметы, мифы.
- Дед, а что эти часы не ходят? Встряхнула меня Ева.
- Почему ты так решила?
- На моих, она посмотрела на мобильник, - 13-40, а на башне, без двадцати час. Как это может быть? Ты говорил, существует поверье, «Часы в доме должны ходить и отсчитывать время». Я подумал, устами дитя глаголет истина. - Если в городе есть часы, которые включены в архитектурный и общественный уклад, они должны точно отсчитывать время, соединяя эпохи. Если часы не ходят, не бьют, создаётся впечатление запустения, разрухи и неопрятности. Пока я размышлял, внучка закричала, - Стрелка дёрнулась, дед они ходят, но почему на час назад?
- Они остались в зимнем времени, их забыли перевести на летнее. Мы все живём по летнему, а они по зимнему.
- Это как? Спросила Ева.
- Ты помнишь, в прошлом году мы ездили в школу, было светло, а в этом году затемно.
- Да, заметила. Зимнее время на городских часах? Поэтому и весна в этом году к нам пришла поздно, раз часы показывают зимнее время! С умным видом закончила внучка.
– Надо же, подумал я, - внучка научилась определять время по старинным часам. Наверняка считала удары, а потом прояснилось, можно по положению стрелок определять время начала занятий, и когда в музыкальную школу.
– Дед, без пятнадцати час, нам пора выезжать! закричала она мне однажды. Я обрадовался, потому что вспомнил, в её возрасте дед учил меня определять время и отправляться в школу по этим часам.

В. Михайлов.

* * *

Лес, река и депрессия!

Период дождей миновал, октябрьское солнце дней пять нагревало землю. Рабочая неделя закончилась, в субботу я отправился за грибами. Двигатель жужжал без напряжения, машина неслась по лесной, гравийной дороге. Лес горел разноцветным шатром, который принимал автомобиль под свою прохладную сень, или расстилался далеко внизу, постоянно меняющимся рисунком персидского ковра. Дорога, петляя, приближала меня к любимым грибным местам. Мелькнул приметный знак, я съехал со столбовой дороги и углубился по просёлку в лес, метров на 500. Остановился, вышел из машины. Лесной, осенний воздух стал осязаемым из-за тишины и покоя, которые обволакивали меня. Постоял, наслаждаясь свежестью и чистотой, достал из багажника плетёную корзину, обязательный атрибут тихой охоты и символ грибной удачи.
Любимое место, все окрестности, которого исследованы неоднократными походами Появилось волнение от предчувствия грибной удачи. Прошло около часа, тихого поиска, лес начал наполняться криками, визгом, восклицаниями, которые сопровождают питейные мероприятия. Мне не хотелось попадать под праздное любопытство веселящейся публики. Я резко изменил направление движения, но через некоторое время, мимо меня пронеслись несколько навороченных «Кросс-кантри», на необычных велосипедах, в доспехах, которые говорили, ребята привыкли заниматься кроссом по лесной местности. Я испытываю симпатию к новым видам экстремального спорта, которые сейчас интенсивно развиваются. Юноши и девушки, одетые в яркие, спортивные одежды, увлечённо крутили педали, то взлетая, то пропадая из вида. Видимо их возбуждение и насторожило меня, когда я начинал свой пеший маршрут. Я углубился в лес, чтобы уйти подальше от шумной компании молодых людей. Солнце начинало припекать, хотя до полдня времени было достаточно.
Тихая охота успешно продвигалась, в корзине лежали серо-коричневые подберёзовики, оранжевые подосиновики и несколько боровичков, я наполнялся ощущением счастья. Солнце перевалило за полдень, усталость разморила тело, захотелось присесть и расслабиться. Пришло время утолить голод, который уже заявил о себе. Перекус в лесу отличается от обеда в шикарном ресторане, уединённостью, скромностью и особым наслаждением от близости к природе. Зубы с удовольствием врезались в бутерброд с ветчиной, аромат копчёного сала распространился по лесу, свиная шкурка захрустела на зубах. С удовольствием растянулся на сухой, многолетней, прелой листве. Захотелось вздремнуть, но через минут пятнадцать поднялся, запил минеральной водой послевкусие от бутерброда и продолжил поиск.
Шум «Кросс-кантри» утих, видать компания удалилась. Пришло время проверить грибные места возле доморощенной трассы. Кроссовики накатали тропу вокруг небольшого лесного озера, в окрестности которого были рассыпаны громадные валуны, лежали подгнившие поваленные деревья и торчали пеньки, давно спиленных дубов. Место очень удобное для экстремального движения на двухколёсном транспорте. Порадовало бережное отношение к природе. На поляне, где располагалась базовая группа, всё было убрано, не видно банок, бутылок, кульков и прочего мусора, который остаётся после неряшливых путешественников. Я продолжил поиск грибных сокровищ. Красным пятном мелькнул подосиновик, я наклонился, под листком, привлекательно краснел мобильный телефон. Я взял трубу в руки, красивая, металлопластмассовая внешность кричала, лежит он здесь недавно. Кто-то из райдеров выронил аппарат. Включил, но сигнал не шёл, в лесу не было связи. Ну что ж, подумал я, есть время поразмыслить, как поступить. Продолжил своё любимое занятие. Корзина заполнилась. Солнце садилось, и скользило по гребёнке из редких деревьев на дальней горе. Пора домой, подумал я. Взвалил корзину на плечи с твёрдым намерением, больше не нагибаться до самой машины.

к рассказу Лес река и депрессия

Возле машины, мелодия вновь обретённого телефона, заставила меня вздрогнуть. На экране высветилось изображение интересной женщины, интеллигентной наружности, лет 50ти и надпись «мама». Никакой охоты отвечать у меня не было. Но труба настойчиво бренчала, как телефон из фильма «Однажды в Америке». - Слушаю вас, ответил я отважно.
- Ой, а кто это? Произнёс женский голос испуганно. Я некоторое время молчал.
- Вова ты? Откуда у тебя Ларисин телефон?
- Это Валентин Михайлович, с вашего разрешения, ответил я спокойно.
- Никакого разрешение, милостивый государь. Что случилось с Ларисой?
- Я нашёл этот телефон в лесу.
- В каком лесу? Очень хотелось ответить, - В прифронтовом, но я понимал, на той стороне спутникового коридора начинается паника. - Не надо было подключаться, подумал я с досадой.
- Как ваше имя отчество, спросил я спокойно.
- А зачем вам?
- Раз мы с вами разговорились, необходимо знать, как вас называть.
- Никто с вами не разговорился, и вообще прекратите мне дерзить.
- Это вы мне позвонили, сказал я иронично.
- Я звонила дочери, номером не ошиблась, с головой у меня в порядке. Как у вас оказался телефон моей дочери, объяснитесь скорее, а то я позвоню в полицию.
- Она вам поможет? Моя ирония подействовала. На той стороне установилась тишина. Через минуту испуганный голос продолжил, - Объясните пожалуйста подробно, что произошло?
- Видите ли, как вас по имени отчеству?
- Дарья Степановна.
- Уже лучше, Дарья Степановна я грибник, сейчас нахожусь в лесу, пару часов назад нашёл этот аппарат. И мне ничего больше добавить к этому факту.
- Вы украли телефон! Прогремела в ухе яркая полицейская догадка.
- Если бы украл, выкинул симку, и разговоры с вами не вёл.
- Лариса не могла оказаться в лесу, в телефоне набухала истерика.
- Я не знаю, где могла быть Лариса, но часов пять назад, видел, как группа юношей и девушек моталась по лесу на диковинных великах. Ваша дочь Кросс-кантриец?
- Откуда вы знаете, что Лариса моя дочь?
- Телефон просветил, я удивлялся собственному спокойствию.
- Дикость какая-то, прошелестел голос на той стороне радиоволны.
- Дикость по имени мама высветилась на экране, когда вы позвонили. Вы мама или нет? Спросил я.
– Всё поняла, я мама, но Лариса никогда в лес не ходила.
- Тогда её сюда леший заманил, или друзья?
- Молодой человек, не грубите мне.
- Моё имя Валентин Михайлович.
- Подскажите лучше, что делать? Мне показалось, Дарья Степановна стала въезжать в ситуацию.
- Я думаю успокоиться и ждать. Когда Лариса обычно возвращается домой?
- Из Лесу? Воскликнула обеспокоенная мать, - Она никогда туда не ходила.
- Причём здесь лес? Я начинал терять терпение. Зачем было поднимать трубку, в который раз пожалел я, - Когда она обычно возвращается домой, переспросил я как можно спокойнее.
- В 23-00, как правило, дома.
– Чудненько! Как только она придёт, пусть позвонит, и мы договоримся, каким образом я верну трубу.
- А если она не придёт, что тогда?
- Давайте не будем заказывать отрицательный результат, ответил я неожиданно твёрдо.
Сел в машину, и поехал, мои испытания только начались. Звонки раздавались каждые 15минут. На пятом звонке я не выдержал и сказал, - Если вы ещё раз позвоните, я выключу аппарат.
- Нет, не надо, умоляю, позвоните, если что-то узнаете. – Хорошо, ответил я с облегчением.
Внучка сразу заметила новую трубку и стала нажимать кнопки. Я сказал для порядка,- Смотри не сломай, хотя знал, она умело расправляется с гаджитами. За чисткой и обработкой грибов, я отключился от пережитых волнений и только в шестом часу утра вспомнил про находку, которая лежала на комоде в отключённом состоянии. - Лишь бы питание не село, подумал я, включил аппарат. Началась какофония сообщений. Я заканчивал утреннюю зарядку, когда раздался звонок старинного телефона. Подключился в тревожном ожидании.
- Валентин Михайлович, раздался в трубе незнакомый женский голос.
- Допустим, ответил я
– Это Лариса, хозяйка телефона, которую вы вчера спалили.
- Не понял, можно поподробнее.
– Вы вчера настучали моей матери, что я была в лесу с бандитами.
– Я телефон нашёл в лесу, на трассе кросс-кантриков, может она их имеет в виду.
– Я не знаю, что вы имели в виду, когда распространяли клевету, мама связала меня с уркаганами, сейчас очень тороплюсь, хочу получить свой телефон, если вы не передумали его вернуть.
– Сейчас 6-30 утра, бежать к вам без оглядки, не входит в мои планы, но почему я должен передумать вернуть вещь хозяйке?
– За ночь много воды утекло, устала вам звонить, на выключенный мобильник.
– Это внучка подсуетилась, забыл запретить отключать кремлёвку. Телефон верну с удовольствием.
– Удовольствие оставьте при себе.
– Но я его всё равно передам?
- Кого?
- Удовольствие!
- Что вы меня морочите?
Меня начинал забавлять утренний разговор, – Где вы живёте, работаете, учитесь? Пошёл я в наступление.
– А это вам зачем?
– Мы можем совместить деловые передвижения по городу, с вынужденными, иронично ответил я.
– Вы психолог?
- Нет логистик! Вы думаете, психи оптимизируют собственные передвижения? Мне сдаётся психолог вы?
– Да, причём клинический.
– Так вы меня тестируете?
– В какой-то мере.
– Ну и как, похож я на параноика?
– Не будем о сумасшествии.
– Согласен, где вам удобно встретиться?
– У меня сегодня три лекции в технологическом университете. Вы слышали о таком?
– В мою бытность политех, на Красной?
- Да!
– Если расписание не поменяли, четвёртая пара заканчивается в 13-05, есть время до 13-45.
– Я вам практически поверила, в это время мне удобнее всего, сказала Лариса с оптимизмом
- Тогда до встречи, я отключился.
– А стрелка где? Раздался повторный звонок.
- На лавочках, в центре улицы, если не против?
– Возле Шурика ответила она весело.
- Лидочка мне больше нравится. Но меня уже не слушали.
Телефон настойчиво звонил, я не сразу услышал, потому что поставил его на бесшумку.
– Ну и где вы сейчас?
– Напротив политеха, кафе «Леди мармелад», я вас приглашаю.
- Это ещё зачем?
– Вы сказали, я вас спалил, попытаюсь затушить проблему.
– Это становится занятным.
- Подходите не пожалеете. Официант по моему знаку начал выполнять заказ, я внимательно смотрел на пешеходный переход.
Стройная, выше среднего роста шатенка с разбросанными по плечам волнистыми волосами двигалась в мою сторону от пешеходного перехода, стуча по плиткам высокими каблуками. Интересно, очки это для солидности, или действительно необходимость, подумал я В голове кто-то шепнул, - Могла бы линзы приодеть, если не для солидности. - Она имеет право носить всё, что ей нравится, ответил я внутреннему голосу. По уверенному виду было видно, особа не сомневается, кто её встречает на крыльце.
- Почему-то я вас таким и представляла.
- Немудрено, вы же психолог-акустик. На мгновение взгляд стал вопросительным.
- Вы слушали меня по трубе, а ваша профессиональная интуиция нарисовала мой портрет. Существует образная телепатия? Я попытался захватить инициативу.
- Я имела в виду общие контуры.
- А вы для меня загадка, высокие каблуки, стройные ноги, миндалевидные глаза и волнистые волосы редкость в нашем городе.
- Это комплимент?
– Нет, это факт!
- Приятно слышать!
- А мне приятно осознавать, какие прекрасные наяды мотаются по лесам замаскированные в «Кросс-кантри». Присаживайтесь, лучше сидеть, чем стоять. Чай зелёный, я угадал?

к рассказу Лес река и депрессия

- Да, только без ароматизаторов.
- Само собой, зачем нам химия?
- О, наполеончик!
- Вам нравится наполеон?
– Да, мамино фирменное блюдо, произнесла она равнодушно.
- Маму я не догадался позвать на чаепитие.
– Правильно сделали, она учительница, и дальше по Карлсону
- Вы хотите сказать домомучительница?
- Нет, пошутила, в детстве я очень часто болела. Приходилось подолгу лежать в клиниках, поэтому забота, опека и контроль, естественное материнское состояние. А я очень скучала по детским забавам.
- А чем коротали время?
- Психологию читала. На мне завис вопрос, который я не пытался скрыть, но она не дала мне спросить.
- В седьмом классе прочитал запоем Фрейда «Психология бессознательного», узнала «Wiwimacher», и стала прикалываться.
- Я не знаю, кто это такое, сказал я рассеянно.
- Это очень хорошо, надоело общаться с психологами. Мы сами отчасти психи, осознаём это, только освободиться не можем, да и не хотим.
– От Wiwimacher?
- А причём здесь Wiwimacher?
- Вы не объяснили, что это такое.
- У каждого маленького Гансика и у его отца есть Wiwimacher, а вот у мамы, я не дал Ларисе продолжить.
- Wiwimacher другая.
- Вы схватываете на лету.
- В юности, прочёл «Занимательную психологию» Платонова
- Это социалистический детский сад. Психология, это наука и диагноз.
- А это лечиться?
- Лечиться всё! Как говорит наш заведующий кафедрой, а он мировая величина в клинической психологии.
- А где вы учились?
- В Томском государственном университете, в России моя специальность только в трёх вузах, так что я уникальна.
- Я не знал, где вы учились, но в уникальности не сомневаюсь. Оптимизм и гордость поддерживают дух?
- Надоело в депрессиях прозябать, хочется жить.
- Кросс-кантри, это лекарство от депрессии?
- Вы не такой уж простачёк, каким хотите казаться.
- Мне лучше быть, а не казаться.
- Я избавилась от физиологических болячек и стала лечиться от депрессии. Мне хотелось общаться с ровесниками, которые хулиганят. В клиниках, лежат больные, здоровые резвятся во дворах. Я и рванула на улицу.
- По-моему нормально.
– А мама не согласна, она привыкла меня в парнике держать, и не хочет из него выпускать.
- А чем ты ещё занимаешься для реабилитации?
- Сноуборд, лыжи, кайтинг, картинг, короче всё, что мне предлагают друзья и даже… она не договорила. Её телефон лежал на столе, он зазвонил тревожным набатом. На экране высветилась довольная рожа молодого битюга, современный качёк без конопли и кокаина, сплошной адреналин. Майка с коротким рукавом не скрывала его физических достижений. Бегущая строка Лёха-мост, мне ничего не говорила. Лариса побледнела. На моё недоумение она пролепетала.

к рассказу Лес река и депрессия

- Он всегда появляется, как чума из проруби.
– Отстранись, может он за тысячу километров.
- Лучше бы я опоздала, сказала Лариса с нажимом.
– Не вопрос, отреагировал я. Взял телефон
- Кто это звонит?
- Пацан, дай трубу Ларке, заскрежетало из аппарата
- Её нет.
- Как это нет, убавь звук батан?
- Я в лесу, телефон на пеньке, никого вокруг.
- На каком пеньке?
- На дубовом. Ты кто и откуда звонишь?
- Я Лёха из Москвы.
- Ну и сиди там под землёй, пока Ларка не отыщется, понял? Я отключил телефон, румянец жизни забрезжил на щеках моей визави. Испуг стал уходить. Я налил Ларисе чаю, и отхлебнул из своей чашки. Наполеон оказался вкусным, действительно из детства. Когда я был школьником, моя мама и соседка мастерились друг перед другом качеством выпекаемых тортов. Основные праздники моей жизни были наполнены знамёнами, призывами с трибун, домашними тортиками и Крем-содой. Я улетел в детство, давая Ларисе успокоиться, если захочет сама расскажет. Я для неё вагонный, попутчик. Поезд прибудет на станцию назначения, кто-то из нас поднимется, заберёт багаж и выйдет, и никогда больше не увидимся. Так было раньше. Я отдам ей телефон, мы расстанемся, и может так случиться, пути наши не пересекутся, если мы этого не захотим. Остаётся номер мобильного телефона, от расставания в поезде Москва-Владивосток в районе Байкала, до нежного «Здравствуй, это я!», всего 11цифр.
Прошло минут пять, пауза не напрягала, мы мирно отщипывали ложками кусочки торта, запивали их чаем и спокойно смотрели друг на друга. Я почувствовал себя свободным, не было желания отводить взгляд, и скрывать, что Лариса мне нравится, была лёгкая радость случайного знакомства, стеснения не было. Мне хотелось рассмотреть эту юную женщину, запомнить цвет глаз, родинки на щеках, изгиб губ, очерченный нос…Мне было комфортно, время остановилось, вернее мне хотелось, чтобы оно остановилось, а Лариса сидела напротив и пила чай.
Она медленно отодвинула чашку и неторопливо начала говорить, я затаил дыхание.
- Первое потрясение я получила лет в 5-6. У меня была свой красивый стакан и кувшин, из которого, как мне казалось, пила только я. Но однажды в нашем доме собралось много народу, наверняка был чей-то день рождения. Я увидела собственный стакан, который стоял на столе перед мамой, протянула руку и хотела попить. Но мама отстранила мою руку и сказала, - Это кака, пить нельзя! Через минуту кто-то что-то сказал, все подняли бокалы, и мама пила из моего стакана. - Но это же кака, подумала я. С этого момента мир разделился на можно и нельзя, но не для всех, а выборочно - кому-то можно, а мне нельзя! Для меня возникла дилемма, - слушаться, или делать втихаря, что запрещали. Но я хотела, чтобы меня любили, поэтому слушалась. Но за послушание меня не хвалили и не жалели Моя простуда, или лёгкое недомогание вызывали у мама гипертрофированное внимание, нежность и заботу. Мне очень хотелось, чтобы меня замечали, обнимали и ласкали, болезнь стала возникать сама собой, как только я чувствовала некоторую небрежность по отношению ко мне. Мама была занятым человеком, работа учителя это ежедневный труд, вдобавок она была более закрыта, чем открыта. Мои болячки стали повторяться чаще и чаще. Медицинские светила матерели на глазах и осматривали меня минимум раз в месяц. Как только мне не нравилось мамино поведение, мне хотелось внимания, на меня снисходила меланхолия, которая быстро превращалась в депрессию. Лариса посмотрела на меня, чтобы убедиться слушаю я, или нет. Я молча утвердительно кивнул. Она продолжила более спокойно и размеренно.
- Моя жизнь превратилась в сплошной лазарет. Я уже не понимала где я больная, а где хочу, чтобы мама обняла меня покрепче. Я много читала.
- Так дошли руки до Фрейда? Спросил я, чтобы показать, я внимательно слушаю.
- Я бы не скала, что это было особое любопытство, но когда вчиталась в основы психоанализа, оторваться уже не могла. После этого я подкинула маме мысль, мои болячки это психология, которая перешла в соматику. Начался новый период излечения.
Маститый психолог, которого откопали родители, рассказала мне про причины и истоки депрессии, которая начала во мне проявляться ещё в юности, на фоне моих физических недомоганий. Посоветовала, больше общаться со сверстниками, чтобы почувствовать вкус жизни, её ценность и увлекательность. Первые попытки освободиться я сделала на лыжах, взлетела на маленьком трамплине и грохнулась в мягкий снег, пришло облегчение и радость - ничего не сломалось, не вывихнулось, сотрясения не произошло. Жизнь на мгновение показалась желанной ценностью, но это продолжалось несколько минут. Увлечений было множество, каждое приносило определённый всплеск эйфории, но хорошее настроение продолжалось не долго. Через некоторое время хмарь, туман и сумерки опять заполняли сознание.
Леха-мост, был лучшим другом моего брата. Они дружили с детства, увлекались всеми экстремальными завитушками, начиная со скейта, до сноуборда и фрирайда, творили всё, что возможно, лишь бы вбросить адреналин в кровь. Они рвали и тягали железо, качая пресс и все остальные мышцы, вплоть до надбровных, потому что когда взбирались на скалы, им необходимо было задействовать каждую мышцу. Порой им реально срывало башню, они лечились от переломов, вывихов, на ушибы и царапины перестали обращать внимание даже родители. Когда Леха увидел мои попытки ползать на лыжах, он решил меня тренировать. Для этого нет нужды пластаться в воздухе, перебирая ногами, с надетыми на них лыжами. Он предложил собраться с волей, и скатиться вниз по (детской) горке на сноуборде. Я совершенно ему доверилась. Он поставил меня на изогнутую и приталенную доску, воткнул мои ноги в какие-то крутящиеся стремена и толкнул вниз. Началось что-то невообразимое, мне очень хотелось упасть, было впечатление, кто-то управлял этой летящей с горы доской, совершенно не согласуя это со мной. Не помню, сколько я совершила оборотов вокруг собственной оси, или вокруг этой самой доски, но когда слетела с горы и воткнулась головой в сугроб, депрессии как не бывало. Голова кружилась, перед глазами радужные круги, а Леха-мост почему-то стоял рядом и смеялся. - Ну как впечатление? Ещё разок слабо? Больше крутиться не хотелось. Но Лёшу угомонить было невозможно.
Он посадил меня в праворукую машину, и начал закладывать виражи на скоростях далеко за сотню. Когда шёл на обгон, весело спрашивал меня, - Ну как там КамАЗов не видно. Я беспечно кричала, – Проскочим! Мы чудом уворачивались от очередного пятнадцатитонного пыхтящего монстра, водитель которого громко и смачно матерился. Этот мат было слышно ещё секунд десять. После таких манёвров, мне очень захотелось жить. Я стала кричать, - Леша остановись! Но он по собственной инициативе продолжил эти адские трюки на проезжей части, чем высадил меня на псих. Я стала истерично кричать, - Я выпрыгну в окно. Он остановил машину на середине моста через Томь. Я вышла, далеко внизу неслась тёмная масса воды, шумно облегая бетонные быки. Стоял октябрь, солнце садилось и яркий, осенний, оранжевый свет не слепил, а спокойно раскрашивал окрестности в живописные цвета радуги. Мост, лес, берег, строения на берегу и прочие достопримечательности, светились закатной красотой. Ростки оптимизма, в связи с выходом из смертельных, аварийных ситуаций, начали меня взбадривать, что-то похожее на озноб заставляло постукивать зубы. Говорить с Лёхой не хотелось, чувство обиды, он так наплевательски относится к моей драгоценной жизни, не позволяли мне улыбнуться и скрасить неловкость момента. Он стоя рядом и молчал. Давая мне возможность, насладиться покоем и счастьем. Как я заблуждалась.
Он вдруг схватил меня на руки и вынес эти руки за перила моста вместе со мной. Совершенно ничего не соображая, я повисла на руках этого человека, который был ниже меня ростом. Он занимался боксом, но в лёгкой категории, его короткие ручки, совершенно не похожие на гамак, удерживали меня на высоте 50 метров над судоходной рекой, температура воды, в которой была градусов 6, по С. В голове пролетело, - Если я сейчас закричу, или начну бултыхаться, он меня выронит! Я почувствовала его пальцы в своём левом боку, они дрожали от напряжения. Сердце моё стучало медленно, каждый удар отдавался в мозгу, гулким звоном медного таза, в котором бабушка варила варенье, а я по утрам била в него, как барабан. Каждый удар, рубил Лёху по пальцам. Они слабели и выскальзывали из моего тела. - Мне надо расслабиться, расслабленное тело весит намного меньше. Куда уж больше расслабляться, я висела, как скатерть под праздничным хлебом, который вынесли навстречу дорогим гостям. Голова отвисала назад, так что я видела горизонт, утыканный соснами. - Если упаду, надо лететь вниз ногами, солдатиком, сказал кто-то в голове. - Он вывесил меня над водой, когда я стояла между опорами, а ветра нет, меня не снесёт и не ударит о быки, это уже хорошо! Я хорошо плаваю, река слегка поворачивает, можно будет, не сопротивляясь, доплыть до берега. На мне босоножки на высоком каблуке. Это любимые мои туфли, не хочется их терять, придётся сбросить, в них неудобно плавать, и ходить тоже, но я уже к ним привыкла. А как мне от них освободиться? - Они сами слетят, когда ты войдёшь в воду, подсказывал кто-то. Когда же это кончиться? Все эти мысли пролетали в голове, убеждая меня, что я ещё живая. Лёха не торопился ни бросать, ни возвращать меня на землю. Ему захотелось меня покачать, как младенца. Я почувствовала, как мой мозжечок перестаёт работать. Лёха стал меня раскачивать, но не вдоль перил, как логично, он раскачивал меня, то отдаляя меня от моста, то приближая к себе. С каждым колебанием я замирала, мне казалось, он меня кинет в пропасть, мысленно, я уже летела туда. Сознание стало угасать.
Голова вдруг перевернулась сначала вниз, а потом встала вертикально. Я ощутила себя на мосту. Сил не было совсем, я тупо смотрела вниз в бетонную плоскость моста, совершенно себя не ощущая от испуга, ужаса и страха. Лёха стоял рядом и улыбался. Я размахнулась и со всей силы залепила ему пощёчину. Он не увернулся, хотя конечно мог, он же боксёр. И пошла спокойно по мосту обратно домой. В воду мне смотреть не хотелось. Он умолял меня сесть в машину, простить его, как он выразился, за временное слабоумие. - Оно у тебя постоянное, полное отсутствие умишка, твердила я и тупо продолжала идти. Он вернулся к машине. До поста ГАИ, откуда можно было уехать, было 6 км. Лёха вёл машину задним ходом. - Как чукча, однако, подумала я. Автомобиль двигаться против движения, совершенно рядом со мной, а Лёха упрашивал сесть в салон. Я его не слушала, только минут через тридцать, здравый смысл сказал мне, - Можешь спокойно доехать с ним до дома, и больше никогда с этим сумасшедшим уродом не встречаться.
Через полчаса я был дома. И только там поняла депрессия ушла. Откуда этот спортсмен-фанатик, которого никто серьёзно не воспринимал, знал о способах экстремального лечения человека от депрессии. Я не стала тонуть в раздумьях. Счастье захлестнуло меня. Я включила ящик, с удовольствием уставилась в мыльный детектив, который ещё вчера раздражал меня, каждым словесным оборотом и действующим лицом. Каменская упражнялась в виртуальных, интеллектуальных расследованиях, которые сама же выдумывала, а мне было просто и легко, не смотря на суету нереальных расследования.
Прошёл год, я с бой-френдом отправились в путешествие, мы сидели в пражском кафе. Мой любимый решил показать, злачные места его молодости. Кофе был отменным, его друзья галантными и вежливыми. Но зазвонил мобильник, на экране высветился Лёха-мост. Я побледнела, все уставились на меня в тревоге. Ужас охватил все мои члены. Сознание померкло. - Что с тобой? Кричал бой-френд, наверное, в десятый раз. Я почувствовала запах валерьянки. Завыла карета скорой помощи, меня привели в чувство. Этот монстр ворвался в мою жизнь и испортил прекрасный вечер. Депрессия, слава богу, не возвратилась. Вот сегодня, всё так таинственно и прекрасно развивалось, а этот Лёха опять всё испортил.
- На этот раз обошлись без валерьянки и скорой помощи, сказал я – Видать ты выздоравливаешь и от Лёхи. Она улыбнулась в ответ, страха и ужаса не было. В глазах загорелись искры иронии и жажда жизни.

В. Михайлов.

* * *

Инспекторская проверка

Рабочий день начался как обычно, небольшая планёрка и все начальники цехов разошлись по своим местам. Зазвонил телефон, прерывая расслабленное состояние после производственных разборок. В трубке раздался знакомый голос Аделаиды Львовны, жены нашего заслуженного ветерана: «Валентин Михайлович, Давид Алексеевич скончался сегодня ночью». Я понял, ушёл из жизни ещё один дорогой мне человек, девяностолетие которого мы совсем недавно торжественно отметили. Додик, так его называли близкие люди, сначала за глаза, а потом и в лицо, он не обижался. Однажды, после праздника «День победы», он признался по секрету, Додиком его звала мама, которую он смутно помнил, так как рано оказался сиротой, и беспризорником. Меня охватила тягостная печаль, его возраст и здоровье давно подсказывали, скоро мы с ним расстанемся. Я поднял глаза и откинулся на спинку кресла, хотелось отвлечься и поразмышлять, на меня смотрели сочувствующие глаза с иконы Казанской Богоматери.
- Странно, подумал я, - На этом месте лет двадцать назад висел Владимир Ильич Ленин, которому молились кто добровольно, кто принудительно. Вспомнилось, как переживал начало перестройки Давид Алексеевич. Я был моложе его на 30 лет и старался доказать, всё изменится только к лучшему, и незачем нам молиться большевистским символам. Додик снисходительно улыбался и говорил: «Кому бы вы не молились, порядок всё равно необходимо будет наводить, а если не найдётся Дзержинского, грош цена будет всем вашим перестройкам и свободам!» Как он был прав, - Дзержинский так и остался символом ФСБ, и методы наведения порядка те же, но это уже совсем другая история.
Я зажёг свечку, поставил её на стол и перекрестился за упокой усопшего. Вошла секретарь: «Валентин Михайлович, к вам пожарный инспектор».
- Надо же, не дают поскорбеть, жизнь продолжается, подумал я, - Пусть заходит. Молодцеватый майор, лет 30-ти переступил порог кабинета. Я его раньше не встречал.
- Видать новенький, подумал я, – Интересно, сколько запросит за снисходительную проверку? Поздоровались, я предложил офицеру присесть. Он спокойно отодвинул стул и сел с левой стороны стола. Я приготовился слушать, помолчали.
– У вас кто-то умер, неожиданно спросил майор, - Может я не вовремя?
- Вы представляете такое ведомство, для которого нет понятия «не вовремя». Начал я иронично, - Пожар часто более внезапен, чем смерть.
– Я могу прийти дня через три, к вашей организации по архивным материалам особых претензий никогда не было, хотя производство мебели и пианино пожароопасное.
– То, что вы пришли сегодня, дань уважения человеку, который основал и организовал пожарную безопасность нашего предприятия, о которой вы положительно отзываетесь. На лице у майора появился интерес.
- Извините, как вас по имени отчеству, продолжил я.
- Сергей Никифорович, ответил проверяющий.

к рассказу Инспекторская проверка

- Не думаю, что есть необходимость переносить ваш визит на другой день, вся документация у нас в порядке, а технические проколы за два дня устранить невозможно. Лучше вы на них остановитесь, а мы их устраним. Так меня учил Давид Алексеевич.
– В этом есть здравый смысл.
- Вы правильно заметили, именно, здравый смысл, покойный часто повторял, - Незачем пытаться выполнить все требования, которые написаны в инструкциях, необходимо лично встретиться с контролёром и решить, что устранять в первую очередь, что во вторую…
- А что вообще можно не устранять, спокойно закончил мой визави.
- Вы против такой установки?
- Нет, ни разу так лаконично никто не выражал отношение к контролирующему лицу
- Надеюсь, вы не думаете, что я рад вашему визиту, какие бы красивые слова не говорил.
- Спасибо за откровенность, никогда не думал об этом.
- Противопожарная профилактика и гражданская оборона необходимы, но только с позиции реальной опасности без перекосов, самоуправства и административного давления
- Я с вами согласен, спокойно ответил Сергей Никифорович, - Я пришёл лично убедиться, насколько написанное в отчётах, соответствует действительности.
- Вас недавно назначили на эту должность?
- Третий месяц пошёл, ответил контролёр.
- Хлопотно убеждать людей в том, что они сами отлично понимают?
- Да, дважды два четыре знают все, что от копеечной свечки Москва сгорела тоже, а вот огнетушитель повесить на лестничной клетке - нет денег. Я почувствовал, мне начинает нравится этот майор. От него шёл заряд энергии и вера, если исполнять правила, которые написаны сгоревшими жизнями и домами, пожаров будет меньше.
- Хотите расскажу, как я познакомился с Давидом Алексеевичем, как он меня учил выполнять инструкции.
- Любопытно послушать.
- Меня направили на эту фабрику главным инженером, до этого я работал начальником цеха на мебельной фирме «Акрополь». Мне было чуть больше тридцати, я был инициативный, честолюбивый молодой человек. Когда приступил к работе, я никого здесь не знал. Главным для меня было выполнение плана и качество продукции. Но через два дня наехал пожарный инспектор и заставил заниматься тем, что вам известно намного лучше, чем мне. Я вызвал к себе Давида Алексеевича, и начал его распекать по поводу того, что пожарная безопасность на фабрике в загоне. На другой день секретарь приносит мне зарегистрированный официальный рапорт.
Я порылся в столе и достал реликвию, которая помогала мне сохранять ироничное спокойствие в ежедневной работе.
- Очень интересный документ, ознакомьтесь пожалуйста. Наступила тишина, которая прерывалась смешками и хохотом Сергея Никифоровича.

Главному инженеру ООО «Секретер и П - Кубань»
Митрохину В. М.
От начальника Штаба ГО и ДПД
Глинкина Д. А.

Рапорт

Настоящим довожу, до вашего сведения о состоянии пожарной лопаты №5. При обследовании главного пожарного щита, установлены нижеследующие отклонения инвентарной лопаты №5 от предписания уполномоченного по пожарному надзору РПЧ №3 г. Краснодара:
1. Черенок лопаты короче стандартного, на 8см;
2. Насажен не глубоко и качается;
3. На конце черенка нет бульбы;
4. Трекер лопаты забит тавотом;
5. Щёки лопаты ржавые, не засуричены;
6. Лопата не совкового типа;
7. Черенок лопаты не входит в держатели на пожарном щите;
8. Вследствие вышеизложенного, лопата на щите не закреплена, авось не упадёт!
9. Лопата не окрашена в красный цвет;
10. На лопате нет бирки о последней проверке;
11. На лопате отсутствует инвентарный номер (№5);
12. Лопата не учтена в приходно-расходной книге, как инвентарь;
13. Лопата не включена в опись шанцевого инвентаря пожарной доски;
14. Во время проверки, лопата висела не на штатном месте. Далеко от места будущего пожара;
15. При испытании лопата сломалась;.
16. Сломанная лопата не была внесена в акт списания;
17. После поломки лопату не исключили из описи пожарной доски;
18. Нет служебной записки и административного заключения о причине поломки лопаты;
19. Нет приказа о наказании виновника поломки лопаты;
20. Лопата до поломки превышала по весу норматив на 1кг 250г;
21. Лопата не была закреплена за конкретным бойцом боевого пожарного расчёта.
22. В процесс эксплуатации лопата неоднократно использовалась не по прямому пожарному назначению.
Дознанием установлено: в зимних условиях мастер Свириденко К.В. чистил этой лопатой снег. В тот же день вышеуказанной лопатой были нанесены побои трактористу Горбань В.В. гражданкой Горбань А Б, его женой, которая самовольно проникла на территорию фабрики из ревностных побуждений. Восьмого марта пожарная лопата использовалась в клубе на торжественном собрании, для демонстрации портрета женского исторического лица (Клары Цеткин).
Вывод: в виду окончательной поломки лопаты – заводской №51256, признать дальнейшее использование её для боевых и пожарных нужд невозможным. Стоимость шанцевого инструмента возместить за счёт мастера Свириденко К. В. Для определения стоимости лопаты черенок, тулейка, наст, лоток создать комиссию в составе 3 трёх человек, обязательно включить в неё мастера РММ Ещенко А. Н., как объективного и незаинтересованного свидетеля.

Проверяющий, Начальник Штаба ГО и ДПД: Глинкин Д. А.

Он закончил читать. Было видно документ его поразил. Сергей Никифорович держал рапорт перед собой и время от времени взрывался смехом: «Можно я возьму это произведение себе».
– Уникальный документ? Участливо спросил я.
- А в чём мораль сего трактата?
- В жизни нет мелочей, даже если на беглый взгляд, это абсурд,
– Полный отпад, покажу его коллегам.
- Покажите, в жизни всегда есть место юмору, который приносит пользу, весело ответил я, радуясь, что покойный Давид Алексеевич продолжает помогать мне в деле пожарной безопасности.
- Скажите секретарю, пусть снимет копию, произнёс я на прощание. Присел, расслабился. Образ Казанской иконы Божьей матери улыбнулся, или мне показалось?

На похоронах, которые состоялись через день, я встретил Сергей Никифоровича и моего старого знакомого, инспектора пожарного надзора Почулаева Р. М. Поздоровались:
- Давно не виделись, произнёс я участливо.
- Услышал, что представился мой старый друг и оппонент Додик, как мог не прийти? Я теперь на пенсии, времени свободного много, да и кому я сейчас нужен?
- Меня тоже подпирают молодые дарования, сказал я под сурдинку.
- Молодым везде у нас дорога, так вас учили большевики, съехидничал Сергей Никифорович
- Нам не жалко уступить дорогу, но хочется, чтоб и нас помнили, произнёс пожилой инспектор
- Вы же вспомнили Давида Алексеевича, обронил Сергей Никифорович.
- Как не вспомнить, сказал Почулаев, он если получал предписание, обязательно выполнял его до конца.
- И мне покоя не давал, пока всё не устраняли, подтвердил я.
- Тебе с ним повезло, ни одного возгорания, и всегда полное понимание и порядок, сказал пожилой инспектор, и продолжил - Если бы такой человек служил в «Хромой Лошади» люди бы не сгорели.
Раздались выстрелы салюта. Давид Алексеевич был офицер в отставке и участник войны. Мы все трое наклонились, взяли по горсти земли и бросили в могилу. Комья грунта дробью застучали по крышке гроба. Печаль снова охватила меня, я почувствовал боль расставания.
- Господи упокой душу родного мне человека!

В. Михайлов.

* * *

Собачка и дама

День подходил к концу. Скупое, зимнее солнце жёлтым квадратом отпечаталось на потолке. Натали ещё не ушла. Почему Натали? Так мне удобнее, хотя вру. Однажды, мы заговорили об истории джаза. Когда дошли до Битлов, эта женщина сказала, что не очень любит слушать их биг-бит, сочетание негритянского джаза и блюза. Единственная композиция, которая ей нравится это в исполнении Эглезиаса «Натали». А причём здесь Битлы? А чтобы ты не морочил мне голову их композициями «Облади облада» и «Мишель». Мне нечего было ответить на такое ортодоксальное утверждение, разговор продолжился, а я с того времени стал называть эту женщину Натали.
Январские каникулы ещё не кончились, Натали хлопотала над делами прошлого года. По православному календарю наступили святки. Дни магических открытий, чудес, розыгрышей, которые я постоянно жду, потому что не сомневаюсь, волшебное пространство Святок существует. Наша страна ещё не очнулась от Рождественского анабиоза, улицы были свободными от пробок и суеты. Снега не было, температура по ночам была отрицательная, а днём поднималась до +6-8 по С.
Дверь бесшумно захлопнулась, лёгкий сквознячок донёс аромат любимых духов Натали. Запах был запоминающимся, мне хотелось узнать название, только не знаю зачем. Иногда невозможно объяснить, почему волнуют мелочи, хотя кто может утверждать, что главное, а что второстепенное? С монетами проще, от 1 до 50 копеек мелочь и всё.
Поднял глаза, Натали вышла. На утреннее предложение довезти до дома, она ответила, – “Как получиться”.
“Сегодня уже не получится”, подумал я. Начал медленно собираться. Страховая деятельность наполнена множеством бумаг, правил, инструкций, тарифов etc. Портфель получается увесистым. Я подошёл к писюшнику, на котором работала Натали, он оказался включенным, пальто на вешалке не было. - Забыла выключить, подумал я. Когда наклонился, увидел перчатки. Взял в руки, ощутил тепло её ладоней. Аромат красивой женщины обострил желание, увидеть, говорить, прикасаться.…Запах женщины неповторим, он может нравиться, или нет, он существует, как реальность бытия. От вдыхаемого облака, я прибалдел, нежность и восторг захватили меня. Постоял некоторое время в прострации, взял перчатки и пошёл к машине.
Форд легко завёлся, любимый город Краснодар принял меня в ярко освещенные улицы, с лёгкой вечерней суматохой. Улица Красная уже открылась для проезда: Филармония, Дом книги, Пара собак в юбках, мединститут, мелькали за окном Миновал пивную“Старина Герман’, выскочил на Адыгейскую Набережную. Странное название? До Кубани, две версты, где набережная? В детстве жил в городе на Волге, с очень основательной набережной, на которую бегал кататься на коньках зимой, или купаться летом.
Внезапно машина задрожала и заскрипела. Вышел, с досадой убедился переднее колесо пробито. Бросил перчатки Натали в портфель, поставил на землю. В сумерках, ценные вещи надо держать на виду. Достал из багажника домкрат и запаску. Не очень приятная работа, но другого выхода не было. Когда машина уже стояла на домкрате, появилась собачка. Я не любитель четвероногих, но таксы пользуются некоторым моим уважением из-за необычной формы. Эта особа оказалась довольно настырной, суетилась возле портфеля, норовила в него залезть.
– Странно, подумал я, - Хотя пусть сторожит!” Вспомнил про пирожок с мясом, который купил в обед, но не съел, в суматохе. Спокойно открыл портфель, намереваясь угостить, но эта жучиха, схватила перчатку и смылась, быстрее, чем я осознал, что произошло. Я обмер, - Вот засада! Подумал я.
– На фига было брать перчатки, что теперь придумать, и как объяснить эту фантасмагорию? Какой-то собачий фетишизм. Настроение упало ниже ливнёвой канализации. Обошёл машину, частные дома рядком стояли за тротуаром, и недружелюбно смотрели на меня тёмными окнами из-за серых заборов. Полное смятение и бессилие изменить и понять ситуацию охватили меня. Необходимо ставить колесо и ехать домой.
Наутро в офисе было оживлённо. Со всех сторон сыпались впечатления о встрече Нового года и праздничных днях. Моя тревога не проходила, а скорее нарастала. Воскресные дни прошли однообразно, были связаны с внучкой, которая таскала меня, то в парк, то на каток в Икея. Натали молчала, вставить слово в наводнение эмоций и впечатлений было трудно. В конце концов, даже самые энергичные обессилили и иссякли.
- А у меня вчера произошло странное событие, Текила принесла мою перчатку. Мне казалось, я оставила их в офисе. В голове отпечаталось, они лежат на этом столе. Как я могла так обмишуриться? Видать одну потеряла в транспорте, а другую возле дома. Практически я никогда ничего не теряла, сегодня просто в шоке. Да и перчатки классные, мои любимые!
- А Текила это кто? Спросил я.
– Моя таксочка, любимица всей семьи. Такая умница, всё понимает, только говорить ещё не научилась, самозабвенно рассказывала Натали. Меня пробила ирония.
– Кормите вы их, лечите, ласкаете, поэтому и глядят они на вас с любовью.
– Ты хочешь сказать, собаки ничего не понимают? Я увидел широко распахнутые, в удивлении глаза. Мне показалось, если я сейчас скажу что-то оскорбительное в отношении собак, то мне не поздоровится. В голове складывалась картина, чудного, необъяснимого, события, которое могло произойти только на “Святки”.
– Доброе слово и кошке приятно, тем более собаке. Она реальный друг человека, я не отрицаю такую расхожую истину, пробормотал я.
– А сам ты с этим не согласен? Продолжила напористо Натали. От казни, меня спасла вошедшая директриса, которая, заполнила всё пространство офиса и потребовала нашего внимания.
Когда буффонада от появления руководителя улеглась, мы с Натали отключились от общей компании.
– Могу показать фотки про Текилу!
– Имя твоей питомицы мне очень нравится, Текилу, никогда не пробовал.
– Ты говорил, что не пьёшь?
- Это сейчас не пью. Бывало пил всё подряд, но Текилу тогда в стране не продавали”. Глаза Натали вопросительно расширились. Я не стал останавливаться на этой теме.
- Показывай свою кинозвезду! Я стоял за спиной и тупо смотрел на монитор, мелькали снимки семейной хроники. Собака на сене, собака во дворе, собака кушает, лежит, зевает и тявкает. Я увидел, кто меня вчера обокрал, подставил, рассмешил и обидел. Осторожно положил вторую перчатку рядом с мышью. Ради удивления, которое я появилось в глазах Натали, можно было купить упряжку собак с Аляски. Но Текила сделала всё сама.
– Как она к тебе попала? Спросила Натали еле слышно.
– Ты, действительно, забыла перчатки в офисе, но после того, как упорхнула, сюда забежала эта умнейшая собака, гавкнула, что знает хозяйку и унеслась, но видать считать ещё не научилась, взяла только одну перчатку, начал я юморить.
– А если серьёзно, Натали пристально смотрела мне в глаза.
- Пусть это будет «Святочное чудо», суть которого мне самому не понятна, отшутился я. Хотя Текила может всё тебе рассказать, если ты попросишь…
- Ты смеёшься, а она действительно очень умная.
- Кто бы сомневался, только не я.
- Я тебе самого главного не показала, клавиша торжественно клацнула. Во весь монитор засветился портрет четвероногой звезды в парадном, красном ошейнике с двумя десятками медалей, которые не все поместились на воротнике и продолжили звенеть на поводке, подтверждая родословную и учёность этой прохвостки. Я молчал, мне не понятна орденоносная красота четвероногих.
- Она самая красивая из всех собак её породы в крае, когда Натали говорила эти слова, её глаза горели лихорадочным блеском восхищения и восторга. Я почувствовал неудобство, потому что не мог воскликнуть что-нибудь подобное.
Повелительный голос директрисы, спас меня от необходимости, восхищаться, орденоносной таксой. Началась планёрка. О чудесах думать стало недосуг, намечались планы, встречи, сделки. Деловая беседа затянулась часа на два. Я слушал в пол уха, ничего нового услышать как всегда не удалось. Меня не оставляло чувство незавершенности загадочного происшествия. Исподтишка я всматривался в Натали и чувствовал она мне всё больше и больше нравится, мягкой, подвижной мимикой, улыбкой освещающей не только её лицо, но и сидящих рядом с ней людей, жесты казались естественными и грациозными. Стали заметны её уверенные реплики и вопросы по существу разбираемых проблем, которые она задавала и раньше, но сейчас в них появился особый смысл, стала чувствоваться, пытливая глубина и желание детально разобраться в проблемах.
- Откуда взялась эта собака, подумал я вдруг. - Собака здесь не причём, сказал я вслух и продолжил, - Тебе нравится не собака, а хозяйка. Собачонка заставила взглянуть на эту женщину внимательно и пытливо.
Дома по ящику отмечали очередную годовщину А. П. Чехова, транслировали фильм «Дама с собачкой» Белый шпиц бегал вокруг знаменитой актрисы, как и полсотни лет назад. Гуров в исполнении Баталова всё также безмятежно подзывал и гладил пса, которому был благодарен за знакомство. Пёсик твёрдо был остановлен при попытке ворваться в номер гостиницы, когда пара уединилась. Любовное действо развивалось, а шпиц скучал на коврике перед дверью, поскуливая от одиночества и коварства хозяйки. - Надо же, подумалось мне, - Стесняются что ли? Мне стало интересно, кто стесняется участия собаки в сценах любви, режиссер, писатель, или действующие лица? Голливуд не стесняется использовать зверьё в эротических сценах. Собаки врываются в интимные отношения, показывая ревность и несогласие с выбором хозяйки. Картина кончилась, мысли понеслись в другом направлении.
Дни шли рабочим порядком, наши встречи с Натали происходили два-три раза в неделю и то накоротке, планёрки, отчёты, официальные переговоры. Мне хотелось общаться, но привлекать сослуживцев к истории, которая мне самому была ещё не ясна, не хотелось. Однажды мы столкнулись в дверях нашего офиса. Натали вскрикнула от неожиданности, аромат её волос, которые скользнули по лицу, влетел в моё сознание. Я инстинктивно схватил женщину за талию, мне показалось, она сейчас упадёт. Желание близости пронеслось по жилам. Натали отстранилась от неожиданности. Её лицо, разгорячённое ходьбой по лестнице, лифт в этот день не работал, оказалось совсем рядом, в дюйме от поцелуя. Губы её шевельнулись, я услышал, - Здравствуйте, разрешите мне пройти! Мне хотелось растянуть прикосновение как можно дольше, продлить возбуждение, которое начинало приносить тревожное наслаждение. Но я отстранился, лёгкий румянец нарисовался на лице Натали. - А когда будет следующая выставка собак, на которой Текила завоюет очередную олимпийскую медаль? Спросил я первое, что пришло мне в голову.
- А тебя это действительно интересует?
- Меня интересуешь ты, а на выставке я смогу тебя увидеть раньше, чем наступит очередное Рождество.
- Приходи через две недели в субботу на Зиповскую 5, регистрация в 10-00, выводка в 11-00, почему–то прошептала Наташа. Мне назначили свидание на выставке собак, такого у меня ещё не было. Чем ближе было открытие выставки, тем томительней и медленнее тянулось время.
Майское утро выдалось солнечным, что естественно для Краснодара. Большой выставочный зал был наполнен весёлыми людьми и ароматом собачьего присутствия. Я отметил, помещение негласно разделено на зоны, в которых располагались собаки одноимённой породы. Хозяйки и поводыри гладили их по умным, с их точки зрения, мордам. Четвероногие животные то скулили, то подгавкивали. Стояла суматоха похожая на рыночную толчею, или выставку чего-то интересного. Я нашёл столпотворение такс и увидел Наташу. Она стояла в окружении таких же, как она, озабоченных собачьим самочувствием, женщин, и готовилась к выходу. Я терпеливо и сосредоточенно смотрел ей в спину. Наташа оглянулась, словно почувствовала мой взгляд и махнула рукой, показывая растопыренными пальцами на руках 7.
- Наверное седьмой номер, подумал я. Через некоторое время Наташа подошла ко мне, оказалось, к кастингу допустили 11 собак. Текила, как я правильно подумал, шла седьмой.
- А это хорошо или плохо, - спросил я.
– Лучше всего идти последней, ответила Наташа задумчиво.
- Это как на концерте, самых голосистых и популярных должны выпускать в конце, решил я поумничать.
- Нет, это совершенно другое, кто идёт замыкающим, лучше запоминается при прочих равных условиях
- Так у нас никаких сомнений, мы самые лучшие, начал я восторгаться, но Наташа отказалась поддерживать мой наигранный стиль.
Молчать мне тоже было не с руки, и я продолжил, - Интересно такси и такса однокоренные слова? Вопрос был с некоторым ехидством, которое я постарался скрыть. Наташа ответила серьёзно и даже с некоторой обидой, - Такси это такса в смысле плата за проезд и мотор, который урчит под капотом. Чтобы не говорить длинно таксомотор, говорят такси. Если бы не знала тебя близко, подумала, что ты издеваешься, а такса это особая порода собак, которые выведены более 2тыс лет назад для охоты на животных, которые живут в норах. Глаза мои округлились от умных размышлений и догадок, которые могли обрушиться на меня с минуты на минуту. Мне хотелось порассуждать, что индийские рикши и носилки с балдахинами были придуманы тоже много сотен лет назад, и в какой-то мере прототипы нынешних таксомоторов, но прозвучал сигнал и Наташу, сдуло ветром соревнования. Наступила пора моих переживаний, но ирония не оставляла меня ни на минуту.
Постепенно зрелище меня увлекло, скучная ирония исчезла. Вполне благополучные и даже дородные дамы вприпрыжку и бегом носились по корту, показывая, какие уникальные зверьки их любимые собаки. Они, то замирали, то оживлялись, полностью погружаясь в процесс соревнования, который происходил на зверином подиуме. Наконец жюри приступило к подведению итогов. Наталья стояла, в отстранённом ожидании, чего-то необыкновенно прекрасного, или горестного. Мне показалось, она погружена в медитацию желания победить. - Неужели это так важно, чтобы четвероногая тварь стала звездой среди своих товарок? Подумалось мне, - А вдруг собака для этих людей больше чем животное, это практически их дитя, которое они холили, лелеяли, учили и вот пришли за аттестатом. Золотая медаль по выучке, по экстерьеру присуждается… . Звучали породы, клички и фамилии счастливых владельцев четвероногих созданий. Я не очень хорошо знал эту женщину, но состояние тревожного переживания уловил безошибочно. Было уморительно трогательно видеть, как светились лица людей, когда называли кличку любимого создания и место, завоёванное в трудной и честной борьбе. Натали повезло, её питомица заняла первое место по экстерьеру. Она стояла на подиуме с Текилой на руках и периодически целовала её то, в нос, то в уши, нежно смотрела собаке в глаза, мне показалось, Наташа готова расплакаться от радости.
- Интересно, подумал я, - Неужели приятно целовать лохматое создание? Я всегда испытывал брезгливость, когда находил на себе, на столе, или не дай бог в тарелке волосы, или другие свидетельства присутствия животных.
- Если от поцелуя зависит место на пьедестале, то можно целовать и более основательно? Моему сарказму не было предела. Я постарался приблизиться к награждённым. Счастливое лицо красивой женщины было передо мной. Мне показалось, она готова целоваться и со мной, я практически наклонился к желанным губам, но перед глазами замелькал хвост её звёздной собачки, и очередной, восхищённый болельщик подошёл поздравить хозяйку с заслуженной наградой. Наталья была счастлива. Постепенно ажиотаж утих.
- А теперь можно обмыть наш очередной успех, сказала радостно Наталья. Мы вышли из поредевшей толпы. Какое-то неприятное, похожее на брезгливость чувство опускало меня в разочарование.
- Так что будем пить? Попытался я подбодрить себя.
- Сегодня, только Текилу, ответила Наталья.
- Текилу так Текилу, сказал я храбро.
- И ты, тоже?
- Нет конечно, какая моя заслуга, это твоя собака стала королевой красоты.
- Не смейся пожалуйста, посмотри, как Текила радуется, она понимает, что самая красивая в городе.
- Я не смеюсь, имею предложение - Текила спиртное пить не станет, мы с ней обойдёмся пирожным и мороженным. А тебе напиток из агавы в любом количестве! Мы прошли с десяток метров и опустились в кресла особого кафе “Dog&Friend”.
Официант принёс бокал Текилы, соль и ещё что-то для обострения удовольствия от этого экзотического напитка, на стол поставил торт из мороженного. Официант разрезал его на шесть долей и отошёл. Я спокойно сдвинул двойной кусок мороженого на собачью тарелку и решил тоже самое положить Наташе, но не успел. Она поздравила нас всех с победой, глотнула маленькую порцию Текилы, лизнула соль, очень уморительно и привлекательно поморщилась от крепкого вкуса и стала кормить мороженным собаку, попеременно слизывая его вместе с собакой с одной ложечки. Брезгливое чувство, которое воспитывали во мне с детства бабушка и дед, взбудоражилось во мне. В моей голове возникли слова, которые они часто мне говорили, когда я заигрывался с дворовой собакой, или кошкой, - Собака это собака, кошка это кошка, они существа, исполняющие полезную работу. Собака сторожит дом, кошка ловит мышей, мне категорически запрещалось целовать и тем боле кушать из одной чашки с этими зверушками.
В голове возник образ белого шпица, спокойно лежащего на половике под дверью в гостинице. Антон Павлович в позапрошлом веке заявил, собаку нет необходимости целовать, она должна быть на поводке и оставаться за дверью на коврике. Образ красивой и желанной женщины потускнел.
- Токсоплазмоз это болезнь, которую можно подхватить от кошек, или собак, несмотря на то, что они домашние. Это уже сцена из документального фильма по профилактике здоровья, который нам часто показывали в детстве перед мультфильмами.
Мне становилось неуютно в компании дамы и собаки. Мороженное, которое я себе сдвинул, казалось никогда не кончиться. Я заметил, что придирчиво смотрю в каждую ложку, которую подношу ко рту, во мне появился страх, вдруг там окажется шерсть от вездесущих собак, которые постепенно заполнили это кафе. Текила в бокале убывала, веселье у Натальи прибывало. Она смеялась, пытаясь наполнить собаку мороженым.
– Она не простудиться, спросил я с иронией
- Нет, ответила Наталья беспечно, сегодня тепло, а Текилочка любит мороженное, кушай моя радость кушай.
- Я слышал, животные страдают теми же заболеваниями что и люди, только в более острой форме.
- Бывает, зато мы никогда не заболеем.
- Ты уверена, спросил я.
- На 100%, я с этой собачкой пять лет и никаких гриппов у меня не было, сказала Натали уже развязно. Текила подействовала на неё расслабляющее. Ты посмотри, какая умница, всё понимает
- Слава Богу, что ответить не может, продолжил я
- Что ты этим хочешь сказать
- Мне кажется, не всегда собаки говорили бы своим домочадцам только приятные вещи, они же ваши друзья, а друзья не лгут. Широко раскрытые глаза Натали показывали, что она пытается осмыслить мою реплику, но торможение, вызванное выпитой Текилой, не позволяет ей сделать это. Я не стал дожидаться реакции и предложил довезти победителей до дома.
- А мы ещё не развеселились, правда Текилочка, спросила она у собачки, продолжительно целуя её в нос, на котором висело мороженое. Потом подняла глаза - Мне понравилась тёзка в фужере, можешь ещё заказать?
- Мне на вашем олимпийском празднике делать уже нечего, мороженное кончается, а Текилу мне нельзя.
- Но есть же что-то более интересное, чем Текила, тихо произнесла Натали, мне показалось в её глазах мелькнул призывный огонёк.
- Не понял, сказал я и посмотрел Наташе в глаза, - Ты предлагаешь прогуляться по аллеям.
- По Тёмным аллеям, сказала она с нажимом.
- Если это Бунин, то Текила не вписывается ни в один из его рассказов, сказал я твёрдо,
- Он просто не знал, что такое собачья преданность, весело заметила Натали.
- Лучше я вас отвезу домой, во мне стало подниматься лёгкое раздражение, которое я испытываю при общении с людьми, принимающими алкоголь
- Ты сомневаешься в собачьей преданности.
- Я ничего об этом не могу сказать, потому что собачья преданность меня не интересует. Если я её завожу животное, кормлю, пою, ухаживаю, учу элементарным командам, это моя ответственность за него и только, ни о какой преданности я не мечтаю, да и зачем она мне нужна, если я человек.
- Мы в ответе за того кого приручили, ты не хочешь ответственности?
- Ответственности перед собакой не хочу, поэтому не завожу, поехали домой, мне не хотелось говорит на эту тему но Наталья упрямо не хотела уходить с этой волны
- Теки у нас есть дом, в ответ собака весело гавкнула три раза, - Да Теки, дом у тебя есть, вот только у меня его уже нет. Мне не хотелось ни расспрашивать, ни находиться в этой необычной компании, поэтому я взялся за поводок и сказал, - Теки поехали домой, она радостно загавкала, - Бери свою хозяйку под руку и пошли.
- Не надо меня брать ни под руку, ни за всё остальное, я сама в состоянии двигаться, в голосе Натальи послышались нотки обиды. Но я не реагировал, а спокойно ждал. Она встала отняла у меня поводок,
- Где машина, которая меня ждёт?
- Прошу за мной сударыня, мы молча пошли к машине.
- А машина твоя довольно допотопная, отметила Натали, но я не реагировал. Мне не хотелось затевать спор, я просто понимал, очарование прошло, и виновата в этом не собака, которая волею судеб внесла в наши отношения романтический мотив. Она соединила нас, но удержать друг возле друга не смогла, именно потому что она просто собака, и должна знать своё место. Целовать животных мне никогда не хотелось.

В. Михайлов.

* * *